Кто-то расспрашивал о моем особняке. О расположении комнат. Об окнах. О том, навещал ли нас в последние пару дней доктор. Не привозили ли светловолосую девушку с забинтованной головой. Видел ли ее кто-то. Собирали сведения и о слугах. Как давно они у меня трудились, какое получали жалование, не было ли у них жизненных трудностей.
Последней каплей стал прошедший этим вечером клич среди беспризорников: нужны были смышленые, глазастые и быстрые мальчишки, чтобы покараулить несколько улиц как раз вокруг моего особняка. Говорили, что в какой-то момент понадобится отвлечь внимание: что-то поджечь или выстрелить.
«Обеспечить отход» — так это называлось.
Сложить два и два было очень легко.
Кто-то намеревался прокникнуть в мой особняк. И целью являлась Эвелин, не зря ведь задавали вопросы о докторе и о светловолосой девушке с повязками на голове.
В тишине, в которую погрузилась спальня, раздался громкий шорох.
Отбросив все прочие мысли, я приник лицом к небольшой щели.
Он вылез из окна бесшумно. Ступал неслышно по паркету, и в темноте было трудно что-либо различить, но я увидел в его руках мешок. Эвелин собирались похитить? А не убить?..
Эван дождался, пока злоумышленник приблизится к кровати на расстояние шага, и лишь тогда выскочил из шкафа. Так же бесшумно и резко, как нас учили. Я видел, что друг схватил его и повалил на пол, и сразу же к нему из-за портьеры поспешил дворецкий, и я открыл дверь, чтобы выйти, когда спальню залил ярчайший свет. Он взялся словно из ниоткуда и резал глаза сильнее, чем полуденное солнце.
Я поднес ладони к лицу и услышал, как сперва закричал, а затем выругался Эван. Послышались звуки борьбы, потом стук, словно упало что-то тяжелое, и, жалобно звякнув, разбилось оконное стекло. В комнату ворвался холодный, пронизывающий насквозь ветер, и прозвучали два выстрела — один за другим.
— Он ушел, ушел! — Эван разразился бранью. — Дьявол, мои глаза!
— Милорд, как вы? — сдавленным голосом спросил дворецкий.
— В порядке, в порядке... — кое-как выговорил я, чувствуя, как глаза режет, а по лицу градом текут слезы. — Эван, ты как?
— Ничего не вижу... — простонал он, — перед глазами белые пятна…
— Что это было, господа? Откуда эта вспышка?
— Магия, — глухо пробормотал я. — Запрещенная магия.
Никто из нас не мог толком видеть. Было понятно, что злоумышленник ушел — и к счастью для нас. Ослепленные вспышкой, мы были слепыми котятами. Он мог одолеть нас одной рукой…
Хилл на ощупь выбрался в коридор, позвал других слуг. На шум прибежала и взволнованная сестра Агнета, взялась делать нам какие-то примочки. Вскоре глаза перестало так сильно жечь и резать, стали видны расплывчатые очертания предметов и лиц вокруг.
— Нужно вызвать жандармов, — первым делом сказал Эван, когда мы поняли, что зрение постепенно возвращалось.
— Нет, — я мотнул головой, забыв, что друг едва ли меня увидит. — Никаких жандармов и дознавателей в моем доме.
— Дик, использование магии — преступление, которое карается смертью. Это вопиющий случай, и...
— Как продвигается расследование поджога дома леди Эвелин? — я перебил его и услышал в ответ тишину.
Никак.
И он, и я это знали.
— Мне не нужно их внимание. И охрана тоже. Я в состоянии обеспечить ее сам.
Эван раздраженно выдохнул.
— Едва ли в данный момент.
— Никаких жандармов и дознавателей, — повторил я. — Я уверен, это не первый случай, они просто ничего толком не расследуют.
Словно в мутном зеркале я увидел, как он махнул рукой. Затем и вовсе отошел подальше, к противоположной стене.
— Ричард, — рядом со мной тотчас возникла обеспокоенная сестра Агнета. — Что здесь произошло?..
— Не знаю, — я неловко пожал плечами.
Первым делом утром нужно заняться обеспечением охраны особняка. И переселить Эвелин вместе с сэром Эдмундом из флигеля. Хорошо бы вообще отправить ее куда-нибудь подальше, но это было бы слишком рискованно.
— Нам угрожает опасность?
— Не прямо сейчас, — я покачал головой и выругался сквозь зубы.
Дьявол, глазам было по-прежнему больно.
— Как леди Эвелин?
— Я оставила ее под присмотром горничной и лакея Томаса.
Я почувствовал, как она осторожно накрыла мое плечо ладонью и чуть сжала.
— Вот что вы, мальчики, опять влезли?.. — спросила шепотом, обращаясь скорее к самой себе.
Если бы я знал.
Я похлопал ее по ладони и поднялся с кресла. Эван стоял у разбитого окна, заложив за спину руки.
— Выходит, я был не прав, — произнес он, когда услышал мои шаги.
— О чем ты?
— Ты рассказал, что узнал от своего Грея. О магических артефактах, наводнивших черные рынки. О том, что их десятки, может, сотни. Я не поверил. Думал, что это невозможно.
Он тяжело вздохнул всей грудью.
Я усмехнулся. Это все не имело уже никакого значения.
— Зачем им понадобилась леди Эвелин? Ты заметил, у него в руках был мешок? — прочистив горло, вновь заговорил Эван.
— Заметил, да.
— Ей по-прежнему угрожает опасность. Сперва нападение в переулке, теперь это. Бедняжка, сколько на ее долю выпало.