- Не знаю, - Ариадна ответила совсем не так, как рассчитывал Тэйтан. - Все так странно, я ничего не понимаю, ничего не помню... Что со мной? Объясни мне? Кто я тебе? Почему ты...
- Тихо, - Тэйтан приложил указательный палец к губам девушки. - Я объясню тебе все, когда вернусь. Ты только дождись меня. И помни, я люблю тебя.
- Любишь? - Ариадна нахмурилась и, отвернувшись, беспомощно произнесла. - Я ничего не понимаю.
- Это пройдет. Я больше не могу задерживаться, за мной в любой момент могут придти. Ты обещаешь дождаться меня? - мужчина пристально наблюдал за растерянной мордашкой девушки, которая снова повернула голову к нему. - Обещаешь?
- Не знаю, - закусила губу, нахмурилась, пытаясь справиться с неопределенностью и непонятностью вдруг навалившимися на нее. - Я ничего не знаю.
- Хорошо, тогда мои люди проследят за тем, чтобы ты меня дождалась, - чмокнул Ариадну в нос и поднялся с ложа. - Дождись меня, Ри. Обязательно дождись.
Застегнул штаны, поправил тунику, поднял с пола мятый серый плащ, но не смог сразу уйти. Вернулся к кровати, погладил по растрепавшимся волосам нахохлившуюся девушку, которая сидела обняв колени и спрятав в распущенных локонах лицо:
- Дождись меня, это очень важно. Слышишь. И прости, если сможешь.
Теперь он уже не стал задерживаться, удержался и от того, чтобы оглянуться и вышел быстрым шагом из комнаты, оставив Ри в растрепанных чувствах. Аллэрн очень сожалел, что не может остаться рядом и успокоить любимую, поддержать, помочь пережить, вложить нужные мысли в хорошенькую головку. Долг звал, не оставляя времени на то, чтобы сделать все как надо. Но он надеялся, что недолго пробудет на границе, скоро вернется и сможет склонить чувства девушки на свою сторону, тем более полпути проделано, она больше не отталкивает его, не ненавидит.
Когда пришла в себя, то ничего не понимала, не могла никак вспомнить где нахожусь и как здесь очутилась. Почему-то на душе было тяжело, но почему это так, я тоже не могла понять. Возле меня стоял блондин, который казался мне смутно знакомым. Он попросил поцеловать его и я почему-то откликнулась на эту просьбу. Сердце билось в груди пойманной птицей, странное волнение копилось где-то в районе солнечного сплетения, мне и хотелось поцелуя и в то же время мужчина казался абсолютно чужим и что-то внутри протестовало против него. Но поцелуй оказался таким головокружительным, что по настоящему задуматься над странностью того, что ничего не помню, смогла только после того, как мужчина ушел.
В мыслях был полный разброд, я не понимала ни того, почему так легко позволила ему проделать со мной все что он хотел, словно мы уже когда-то были близки, ни того, что до конца поверить ему не получалось. Меня кидало то в желание чтобы он вернулся и снова, и снова целовал меня, то в желание не видеть аллэрна никогда. Слово «аллэрн» само всплыло в памяти, как и имя мужчины. Тэйтан, кажется, его зовут Тэйтан.
То тоска волнами накатывала на меня, то беспричинная радость, то хотелось разрыдаться. Такое ощущение, что я чуточку сумасшедшая и поэтому мое настроение так неустойчиво. Долго обнаженной мне не захотелось оставаться и я натянула на себя платье, почему-то чувствуя отвращение к его красному цвету. Это ужасное «почему-то» меня раздражало. Я снова и снова пыталась понять причины, вспомнить все то, что было до моего пробуждения и сна, но память молчала, только изредка поднывало где-то в груди, словно напоминая о том, что нельзя было забывать. Но опять я натыкалась на стену из пустоты, сквозь которую не могла прорваться к своему прошлому.
Обошла комнату и снова мне показалась обстановка смутно знакомой, как и блондин-любовник. Как же злило то, что вроде бы ты что-то знаешь, что-то вспоминаешь, но довести этот процесс до конца никак не получается. Я прикасалась пальцами к стенам, мебели, пытаясь подстегнуть тактильными ощущениями свою память, но она так и молчала. Совсем отчаявшись, присела на ложе испытывая двойственное ощущение, по телу при воспоминании о любовнике растекалось приятное тепло и блаженная, дурацкая улыбка сама по себе расплывалась на лице. И в то же время было безумно стыдно из-за своей безнравственности и того, что так легко поддалась незнакомому, почти незнакомому мужчине. И опять эта недоговоренность, это почти, это почему-то. Как же это меня злит, как же расстраивает то, что не могу вспомнить.
- Пойдем! - в дверях стоял какой-то незнакомый мне блондин.
- Зачем? - недоверчиво сжалась в комок, плохое предчувствие полоснуло по нервам.
- Последний раз приказываю. Пойдем! - повысил голос блондин. - Иначе мне придется заставить тебя силой.
Немного подумав, неохотно поднялась с кровати, выражение лица аллэрна не обещало мне ничего хорошего. Не торопясь направилась к дверям.
- Возьми! - аллэрн швырнул в мою сторону плащ.
