Опасная миссия полностью

– А… ну, двадцать дней – это еще нормально, – прокашлялся Талк, похоже, устыдившись своего испуга.

– Значит, я целый месяц буду этого шкета изображать?! – Вот Саня вовсе не считал, что это нормально. – Это же свихнуться можно!

Он вспомнил, как совсем недавно надеялся, что Лекс – лихой парень, и чуть не застонал – да уж, более лихого и не придумаешь!

А Тайлас в эту минуту снова вытащил с полки свиток, перевязанный красным шнурком, на конце которого болталась мохнатая кисточка, и Саня умолк, уставившись на раритет.

– Вы нас еще раз поменяете? – с надеждой залепетал он. – Можно хотя бы подбородок слегка заквадратить и мускулов добавить?

– Нет, с внешностью ничего поделать не могу, – развел руками тот, – иначе предатель догадается, что вы ненастоящие. Придется потерпеть. И чего ты так расстроился? Этот Лекс – нормальный парень. Умный и начитанный!

– Угу, нормальный, как же, – уныло плюнул Белов, – вешалка для кафтана какая-то, а не «нормальный парень»! Толку-то мне от его начитанности, лучше бы он отжимался каждый день! – Саня передернул плечами, поправляя злополучную рубаху. Он никак не мог свыкнуться с мыслью, что ему теперь целый месяц придется жить в теле этого задохлика.

– А этот свиток – ваше первое задание, ребята! – продолжал маг. – Важное письмо с инструкциями для нашего помощника в обители.

И Лекс почувствовал жар в груди, даже мысли о дурацком облике отступили:

– Значит, мы скоро познакомимся с помощником? – выдохнул он. – А как мы его узнаем?

– Нет, познакомитесь вы с ним позже, – прервал его маг, протянув свиток Талкину. – А с письмом вот что сделаете, – и Тайлас понизил голос так, будто опасался, что его могут услышать: – Послезавтра в два часа пополудни – у послушников это послеобеденное время – вы пойдете в Большую Каминную и подкинете свиток в четвертый камин слева. Запомните, дети мои, четвертый камин слева, – отчеканил он, и Лекс одними губами повторил за ним, пытаясь запомнить каждое слово.

А маг, выдержав паузу, продолжил:

– И второе ваше задание, ребята. В ближайшие дни вы должны изучить главные артефакты Солнечного ордена: от Священного Топора до Солнценосца!

Женька снова схватился было за перо, но Тайлас остановил его:

– Это уже нельзя записывать, Талк! И то, что ты ранее записал о свитке и Большой Каминной, нужно оставить здесь. Если ренегат прочитает мое послание, то… – Он не договорил, но блеск его глаз был красноречивее любых слов.

Лекс и Талк без приключений добрались до торговой площади по карте мастера Тайласа. Правда, у Белова всю дорогу было ощущение, что они шагают по Луне, и даже не потому, что это был другой мир, нет! Он просто никак не мог привыкнуть к новому телу – шаги были меньше, чем раньше, да еще так и тянуло начать глупо размахивать руками.

– Надо же! А дождь-то уже кончился! – прокричал Саня, оглядываясь, – над ними высилось чистое свежевымытое небо, а вокруг гомонила пестрая толпа: горожане торговались с лавочниками, по мощеной площади то и дело проезжали упряжки лошадей. Сане невольно казалось, что они попали куда-нибудь на съемки исторического фильма, что все это не взаправду. Но когда из придорожной канавы явственно пахнуло лошадиным навозом, парень поморщился – этот мир был реальнее некуда.

Он оглянулся в поисках фонтана, где их должен был ждать мастер Винарий.

– Нам туда! – загудел Талк, потащив Белова направо.

Женька и раньше был качком, но теперь он выглядел как настоящий громила: угрюмые складки на лбу и жесткий «ёжик» волос добродушия ему не добавляли. В колледже Саня точно держался бы подальше от такого.

Минут через пять парни кое-как протолкались сквозь шумную толпу и вышли к фонтану – большой чаше из белого камня, где пузырилась и пенилась вода. Ветер доносил до них брызги, и Белов подошел ближе. Края фонтана были выложены цветными камнями или стекляшками, которые весело поблескивали под солнцем.

– Наконец-то! Лекс, Талк! – послышался сзади резкий голос, и Саня даже не сразу сообразил, что звали именно их.

Благо Женька вовремя дернул его за рукав. Белов обернулся, чуть не столкнувшись нос к носу со светловолосым мужчиной в тяжеловесной бордовой робе. Руки он скрестил на груди так, что Белову бросились в глаза вышитые солнышки на манжетах.

– Аувенте, дети мои! – важно произнес маг, одарив друзей скупой улыбкой, и Белов ухмыльнулся в ответ, чуть было не выдав привычное «здрасьте». Хорошо, что его опередил Талкин со своими познаниями наперевес.

– Арианто, мастер! – улыбнулся он во весь рот, и Лекс тоже расплылся в улыбке, решив сегодня же изучить справочник орденов Альруаня. Когда-нибудь и ему небось придется здороваться с мастерами! А Талкин уже расспрашивал светловолосого Винария о делах в обители, как будто действительно уезжал оттуда месяц назад.

– Друзья вас уже заждались, – с улыбкой говорил Винарий. – Небось соскучились по обители?

– Еще бы! – подхватил Женька. – Никакой Лаумит не сравнится с родными стенами!