– От призрака тебе надо соли священной взять в соборе! – подал голос Гудиан, который доселе молча пил чай. – И защитный Риан повторить не помешает.
– Да ну тебя! Я этот Риан всегда путаю, подумаешь, – отмахнулся Абио. – Эх, был бы Риан, который Нефлинга и Гунтаса отпугивал бы…
– Ничего ты не понимаешь! – разразился гневной тирадой Гудиан. – Ты хоть знаешь, что это за Тень?
– Конечно, это тень Жреца Гаурта, служителя бога смерти, – закивал худенький послушник.
– Не просто Жреца! – понизил голос Гудиан. – Пятьдесят лет тому назад он появился в нашем ордене. Хотел воскресить темного бога Гаурта! Пробрался в наш молельный зал…
– Это тот, где Рианон проводят? – отчего-то шепотом спросил Саня.
– Не говори глупости, Лекс! – фыркнул тот. – Какой еще Рианон! Это же полвека назад случилось, полвека! Тогда и собор был совсем другим. И Солнценосец, и статуя Агнеуса Пресветлого в те времена стояли прямо в торжественном зале – все могли приходить и поклоняться им, восхищаться ими. А Жрец задумал святотатство. В полночь пробрался в Солнечную залу, прямо к Солнценосцу. Но его встретили наши стражи-послушники! – И лицо Гудиана потемнело. – Представляете, обычные послушники против Жреца Гаурта – самого сильного мага в Альруане – настоящего монстра! Знаете, что он с ними сотворил?
Белов поежился: что-то он не жаждал узнавать, что там сотворил этот Жрец.
Но Гудиан, выдержав эффектную паузу, продолжил:
– Этот монстр сжег всех послушников-стражей! Устроил пожар в Солнечной зале. Они горели заживо, кричали…
– Мы поняли про послушников! – раздраженно перебил его Лекс, чувствуя, что еще немного – и его начнет мутить. Под ребрами снова вспыхнула боль. – А как убрали Жреца, если он пожар устроил?
– Его не убрали, а изгнали! – сверкнул глазами Гудиан, в очередной раз воздев острый палец кверху. – Послушники-стражи сопротивлялись, как великие воины. Целый час понадобился Жрецу, чтобы расправиться с ними. А потом уже подоспели мастера…
– Говорят, Жрец Гаурта издал такой душераздирающий вопль, что западная стена рухнула! – подхватил Абио. – А Истрид и магистр Церсиус низвергли исчадие зла в закслое царство!
«Ага, закслое царство – что-то вроде здешнего ада», – вспомнил Белов наставления Женьки.
– Даже не упоминай это нечестивое место! – прикрикнул Гудиан. – О таком здесь говорить кощунственно!
– Хорошо-хорошо! – Абио сразу пошел на попятную. – Я просто рассказал Лексу о подвиге мастера Истрида.
– Да, мастер Истрид – великий маг и Рыцарь Света, – кивнул Гудиан, – но даже у него не хватило сил убить Жреца полностью.
– Почему это? – поразился Саня. – Его не полностью убили? Наполовину?
– Проклятый Жрец был так силен, что после него осталась тень – этот самый Черный Призрак, – вздохнул Гудиан. – Он до сих пор бродит по обители, стеная о прошлом и мечтая о возвращении хозяина. Но не будет ему свободы, покуда висит в воздухе Священный Топор Абинара-Рыцаря! – яростно взмахнул он рукой.
«Священный Топор! Ну-ка, ну-ка, – встрепенулся Саня. – Что-то такое Тайлас говорил. Чтобы мы это дело хорошенько изучили. Надо будет расспросить Гудиана о Топоре…»
А в кухне воцарилась вязкая тишина, лишь из соседней трапезной доносился приглушенный звон тарелок и кастрюль – Аткалагон, похоже, отдувался там за троих. Лекс и Абио пришибленно молчали – правда, Саня думал теперь не только о призраке, но и о Топоре. У Абио же видок был жалобный, хотя Белов и сам чувствовал себя неуютно. За окном завывал ветер, и парню казалось, что вот-вот откуда-нибудь из сумеречного угла явится тот страшный монстр, сжегший послушников-стражей пятьдесят лет тому назад…
– Но сейчас же он не опасен, да, Гудиан? – пискнул Абио.
– Только если ты знаешь защитный Риан и священную соль с собой носишь, – передернул костлявыми плечами тот. – А так мало ли чего… С ним лучше шутки не шутить!
– Соль? – оживился Саня, выпав из прострации.
И Истрид что-то такое говорил, правда, Лекс был в таком ступоре после встречи с призраком, что даже не отреагировал на странный совет мага – побрызгать солью на призрака. Но теперь любопытство пробудилось в нем с новой силой.
– Что за соль такая и откуда ее берут?
– Ты что, Лекс? – удивился в свою очередь Абио. – Ты же раньше всегда с собой «слёзки» носил!
– Какие еще «слёзки»? – не понял Саня. – Так соль или слёзки?
Благо Гудиан наставительно поднял палец.
– Раствор соли, освященной на алтаре, зовется «Слезами Агнеуса», – заявил он. – Слезы – потому что соленые. А «слёзки», Абио, это то, что ты на кухне льешь, когда лук чистишь! Не кощунствуй!
– А… точно, что-то я не сообразил, – покраснев, захихикал Лекс. – А шутки шутить с Черным Призраком я и не собираюсь, – поскорее вернулся он к предыдущей теме, а мысленно решил сегодня же сходить за солью в собор.
«Хотя Гудиан явно страху нагоняет! Тот же Абио призрака вообще ни во что не ставит!» – подумал парень.
– И вообще, важно быть праведником! Вести скромный образ жизни, а по утрам и вечерам обращаться к Агнеусу Солнцеликому, моля его о защите, – продолжал бухтеть Гудиан.
