Она медленно двигалась по комнате, проводя пальцами по крышке стола, по высоким диванным подушкам. Устроившись у высокого широкого окна, выглянула наружу, чтобы быть захваченной жизнью, а не всепоглощающим присутствием этого мужчины.
– Прекрасно выглядишь. Платье отлично на тебе сидит.
Что? Комплимент? Она поджала губы и ждала какого-нибудь подвоха, но он не последовал.
– И цвет идет.
Накручивая на палец волосы, Тара смотрела в окно. Этот парень просто непредсказуем. Она была готова отражать нападение, отстреливаться – и вдруг из ниоткуда вылетает крученый мяч. Вот такая, значит, стратегия у парней, как он? Вдвойне обезоружить своей непредсказуемостью?
– Тебе нравится то, что ты видишь?
Она повернулась. Он знал, что она наблюдала за ним, прежде чем войти в комнату? Или это еще одна из его маленьких игр? Разве он забыл правила? Он критиковал, а она отвечала. Очень просто. Комплименты? После недавнего небольшого «обмена любезностями» – слишком странно. Скорее, напоминало интеллектуальные игры.
– Послушай, Майкл, я оценила комплимент, но немного сбита с толку раздвоением личности, которое ты передо мной разыгрываешь. Что, какой-то другой Майкл Круз предостерегал меня от поездки сюда? Мне нужно угадывать, в каком ты настроении: «Давай повеселимся» или «Отвали»? Так, что ли? У меня нет времени предугадывать твое поведение. Все, чего я хочу, это сделать работу. А потом вернуться в свой мир.
Тара просто не могла допустить, чтобы Майкл завладел ее головой. И так уже было тяжело удерживать сексуальное влечение к нему в дальнем, темном углу своего сознания. Меньше всего ей хотелось, чтобы Майкл занимал ее мысли. Это приведет к катастрофе. Таре необходимо полностью сосредоточиться на бизнесе. Это ее спасательный круг, страховка, подушка безопасности – называй как хочешь. Именно благодаря своему делу она не сошла с ума с тех пор, как ушла из дома. Так что да, она позволила себе расслабиться, но пыталась установить четкие правила. Взаимное неуважение и взаимное, хотя и затухающее сексуальное влечение. А потом снова за дело. И точка. Он ведь это понимал?
– Мы оба хотим этого, Тара. Я просто веду себя цивилизованно. Ты здесь, в моем доме, и я любезничаю с тобой, как с любым другим гостем.
Его голос звучал низко. Негромко. В нем было нечто, чего Тара не могла распознать.
– О!
– О! – повторил он.
Он был так уверен в себе.
– Должен предупредить тебя, что обед подается на террасе.
Тара подняла голову, чтобы взглянуть и убедиться. Блюда уже стояли на столе, и она почувствовала, что проголодалась.
– Пойдем?
Она холодно улыбнулась и направилась к нему:
– Пойдем.
Прошла мимо Майкла. Она чувствовала все – его энергию, мысли, взгляд. Майкл смотрел на нее, а затем протянул руку, прикоснулся к ее спине – и в тот же миг сильнейший сексуальный разряд пронзил Тару насквозь.
Это было неописуемо – пульсирующее удовольствие настолько сильно, что ей пришлось остановиться на мгновение, чтобы подавить вздох. Сдержаться во что бы то ни стало: Тара не могла позволить, чтобы Майкл узнал, какое влияние оказывает на нее.
Она чувствовала его у себя за спиной, пока они шли через весь дом на террасу. Тара двигалась, как робот, не отрывая глаз от стола, который словно служил устройством самонаведения. Миски с салатами, мясо, хлеб, оливки – все, что она любила. Бокалы. Слава богу, можно будет выпить бокал белого вина, чтобы немного разрядить и смягчить обстановку. Тара уже сейчас ощущала все острые и опасные углы, которые не мешало бы обойти.
– Другие присоединятся к нам?
Ей просто необходим утвердительный ответ. Разве Майкл не видел, что, оставшись наедине, без присмотра, они снова примутся за старое? Он действительно хочет повторения? Майкл не просто медленно и постепенно уничтожал ее волю – он вооружился кувалдой. Теперь они с одинаковой вероятностью могли начать заигрывать друг с другом. А это очень, очень плохие новости. Тара хотела ясности и контроля. Чтобы играли по ее правилам!
Майкл усадил Тару на стул, как чрезмерно внимательный официант. Но как только он отошел, она со скрипом подвинула стул вперед и назад, – хорошо, пусть это проявление инфантильности и, возможно, даже пассивной агрессии, но до него, по крайней мере, дойдет, что она в состоянии сама переставить проклятый стул.
– Фернанда? Нет. Ей завтра в школу, так что она отправилась в библиотеку, чтобы подготовиться к занятиям и наверстать упущенное. Да. Удивительно, оказывается, у нее тоже есть дела.
– А Анжелика? – Тара проигнорировала его язвительный комментарий и налила себе немного газированной воды из бутылки. Подождала ответа, наблюдая, как Майкл наполняет свой бокал.
– Укатила в Жирону. Разве она не заскочила к тебе перед отъездом?
Он сверкнул на нее взглядом.
– Нет. – Значит, они были вдвоем. – Когда она вернется?
Он сознательно тянул с ответом – закрыл крышку на бутылке, поставил ее в центр стола, одним взмахом расправил льняную салфетку и положил на колени, откинулся на спинку стула, держа бокал в руке, глядя Таре в глаза.
– Этого я не знаю. Она довольно самостоятельна.
Тара с трудом поборола раздражение.
