— Она вышла из дома через подвал двадцать минут назад, — стала рассказывать Эйлин. — Мы выдали ей аванс, и она собиралась купить себе обувь. Должно быть, ее схватили при выходе из подвала.
— Но почему мы не слышали ее криков? — спросила госпожа Рафферти.
Эйлин покачала головой.
— Все окна и двери были закрыты, бабушка, — сказала она. — Гром так гремел, что мы бы не услышали и проходящую армию. Тогда еще зазвонил звонок — помнишь? И ты повела наверх нового постояльца показать ему квартиру?
— А, да, — нахмурился я. — Новый квартирант. Я хочу поговорить с ним. А вы, Эйлин, вызовите полицию.
Оставив женщин, я поспешил назад вверх по лестнице и постучал в дверь незнакомца. В ответ я услышал невнятное ворчание, решительно открыл незапертую дверь и вошел в квартиру.
Новый квартирант сидел на стуле спиной ко мне, опустив косматую голову на руки. Посреди комнаты на полу валялись мокрые пальто и шляпа, а в углу — грязные ботинки и носки.
— Простите, — растерялся я.
Мгновение он сидел неподвижно, затем медленно повернулся. Я с трудом подавил крик ужаса. Лицо его было гораздо ужаснее, чем описала госпожа Рафферти. Хотя все его черты были человеческими, выражение глаз и оскаленный рот напоминали дикую, голодную обезьяну, спрятавшуюся от преследователей в пещере под холмом.
Мы глупо уставились друг на друга. Наконец, незнакомец открыл большой рот и невнятно произнес:
— Вы хотите… что-то?
Слова незнакомец произносил с трудом, как будто давно не пользовался человеческой речью.
— Да, — ответил я. — Госпожа Рафферти сказал мне, что вы не можете заполнить анкету.
Встревоженный взгляд из-под темных бровей обшаривал комнату.
— Не могу… писать, — пробормотало, наконец, создание.
— Вы не учились писать?
— Никто не пишет. Давно забыли. Лет пятьсот назад…
— Ваш народ не умел писать в течение пятисот лет? Почему?
Чудовище уставилось на меня. В его глазах разгорались крошечные красные огоньки, такие же огоньки, что пылают в глазах диких обитателей джунглей, которых враги пытаются загнать в западню.
— Пишут только священники, — наконец, сказал он. — Зачем учиться другим?
— Из какой страны вы прибыли?
Он только покачал головой.
— Как вас зовут?
— Мок.
— А фамилия?
Ответ был совершенно неожиданным. С быстротой молнии Мок вскочил со стула и пошел на меня — сгорбленный, со свисающими, как у обезьяны, руками и красными от гнева глазами.
— Устал! — ревел он, возвышаясь над моей головой. — Уйди! Спать! Устал! Спать! Спать! Понял?
От этого нападения я сбежал в прихожую, распахнул дверь и на ощупь снял замок с предохранителя. Выскочил на площадку и захлопнул дверь за собой. Замок щелкнул. За дверью слышалось тяжелое дыхание. Что-то подсказало мне, что это диковинное создание не умело обращаться с замками.
— СПАТЬ! — раздалось за дверью; я услышал стон и звук, словно там упало какое-то тело. Внезапно я понял, что существо по имени Мок было страшно уставшим.
Я спустился вниз к обеим женщинам, которые были бледны и дрожали. Госпожа Рафферти, съежившись в кресле, смотрела на бледную Эйлин. Труп Делии уже увезли в морг. Я рассказал им о своей попытке. Когда я закончил, госпожа Рафферти протянула руку. В ней была банкнота в пять долларов.
— Посмотрите на нее, мистер Дайси, — прошептала Эйлин.
Я взял смятую бумажку и разгладил ее на столе. Внезапно к горлу подступила тошнота.
Верхний левый уголок банкноты был запачкан кровью.
Некоторое время в комнате стояла тишина, затем я просил:
— Эйлин, это вы дали Делии пять долларов?
Эйлин молча кивнула.
— Именно эти пять долларов?
— Не знаю. Откуда мне знать?
Я пошел к дверям со словами:
— Я собираюсь отнести это в полицию…
Но госпожа Рафферти удержала меня, схватив за руку.
— Не делайте этого, мистер Дайси! — попросила она. — Я вам не позволю!
— Но это же зверское убийство. А наверху может быть опасный маньяк. Бог знает, что он еще натворит!
Госпожа Рафферти зарыдала.
— Для меня это не важно. Я должна сохранить репутацию своей фирмы. Я не моту позволить, чтобы моего квартиранта заподозрили в убийстве, если не уверена, что он виновен. Если полиция на что-то годится, они найдут другие доказательства. Не может же это быть единственной уликой!
Я медленно вернулся. Хотя меня и не радовала перспектива жить на одном этаже с вероятным преступником, я оценил точку зрения госпожи Рафферти.
— Хорошо, — уступил я. — Мы ничего не скажем.
Так я и оставил испуганных женщин и вернулся к себе.
Весь следующий день я провел в университете. По возвращении вечером я нашел домовладелицу, спокойно сидящую в своей квартире в подвальном этаже.
— И как там наш новый квартирант? — спросил я.
— Я не спускала с него глаз, — ответила госпожа Рафферти. — Не знаю, что он за сверхъестественный зверь, но он находился к квартире весь день. Даже не выходил, чтобы поесть. Я наблюдаю за ним, поверьте мне!
Главный вход в дом находился возле полуподвального окна комнаты госпожи Рафферти. Мой взгляд остановился на нем, и я приложил палец к губам. Снаружи послышались медленные шаги существа по имени Мок. Пока мы сидели, замерев, шаги медленно удалились по темнеющей улице.
