Вся комната была уставлена полками с огромным количеством темных глазурованных кувшинов и цинковых канистр. На всех были наклейки с названиями, которые показались Джудит очень забавными: «Шолтен», «Курачао», «Мазульпатам», «Бюро Деми-грос», «Болон-гаро», «Старый Парт».
Джудит подняла на графа вопрошающий взор, но он был целиком поглощен своей бутылкой и шпагой.
– Вы должны простить меня за то, что я принимаю вас здесь, мисс Тэвернер, но я сегодня очень занят, – произнес Ворт. – Для меня было бы подобно смерти оставить эту смесь в таком состоянии, как сейчас. Иначе бы я, конечно же, сам приехал к вам. Позвольте спросить, а Марию Скэттергуд вы оставили внизу?
– Ее со мной нет. Я приехала одна, сэр.
По-видимому, в бутылке был какой-то мелкий порошок. Пользуясь шпагой, граф извлек чуточку этого порошка и бросил в ступку, а потом начал смешивать его с чем-то, что уже в ней было. Однако, услыхав слова Джудит, он взглянул на нее, и угадать значение этого взгляда она не смогла. Потом его глаза снова уставились на ступку, и он продолжил свою работу.
– Ах так? Это для меня большая честь. Не хотите ли присесть?
Джудит слегка вспыхнула, но стул к себе придвинула.
– Может быть, вам покажется странным мой поступок, сэр, но дело в том, что мне надо сказать вам нечто такое, что я бы не хотела говорить в присутствии миссис Скэттергуд.
– Я целиком в вашем распоряжении, мисс Тэвернер. Джудит стянула с рук перчатки и стала их разглаживать.
– Я с большим трудом заставила себя приехать к вам, лорд Ворт. Но мой кузен, мистер Тэвернер, очень советовал мне с вами поговорить. И я не могу не согласиться, что он был прав. В конце концов, вы – наш опекун.
– Продолжайте, продолжайте, моя воспитанница. Что, вам сделал предложение Веллеслей Пул?
– Боже правый, нет! – воскликнула Джудит.
– Так сделает, – спокойно произнес граф.
– Я приехала к вам совсем не по поводу своих дел, сэр. Я хочу поговорить с вами о Перегрине.
– Жизнь полна разочарований, – заметил Ворт. – В каком же веселом доме он находится?
– Ни в каком! – жестко сказала Джудит. – Хотя у меня нет ни малейших сомнений, что именно этим все кончится, если не предпринять мер, чтобы его остановить.
– Весьма, весьма вероятно, – согласился Ворт. – Это ему не повредит.
Он взял со стола пиалу и очень аккуратно накапал из нее несколько капель в свою смесь.
Джудит встала.
– Я вижу, сэр, что зря теряю время. Вас это не интересует.
– Не особенно, – согласился граф, ставя бутылку обратно на стол. – Тот аристократизм, который вы в него вбивали, оказался не совсем привлекательным, не правда ли?
– Вас, лорд Ворт, не интересует, что ваш подопечный оказался в безобразной компании, которая ничего хорошего ему не даст?
– Нисколько, абсолютно нисколько! Я этого ожидал, – сказал Ворт. Он улыбнулся. – Да что же он такого сделал, что так взволновал свою заботливую сестру?
– Я думаю, вы сами отлично знаете, сэр. Он пропадает в игорных залах и, боюсь, хотя уже почти уверена, еще Бог знает где. Он упоминал об одном таком доме на улице Святого Джеймса.
– На Пикеринг Плац? – спросил граф.
– Кажется, так, – обеспокоенно произнесла Джудит.
– Дом номер пять, – кивнул Ворт. – Я знаю – это кромешный ад. И кто же его туда направил?
– Я точно не знаю, но думаю – мистер Фарнэби. Граф сосредоточенно перемешивал свою смесь над листком пергаментной бумаги.
– Мистер Фарнэби? – переспросил он.
– Вы его знаете, сэр?
Казалось, все внимание графа было целиком поглощено его занятием. Однако через минуту он сказал, как будто не слышал ее вопроса:
– Я понимаю, мисс Тэвернер, что, по вашему мнению, именно я, так сказать, должен направлять Перегрина на более благоразумный путь.
– Вы его опекун, сэр!
– В этом я отдаю себе полный отчет. Восхищение своим воспитанником я выразил, когда порекомендовал его в члены двух самых изысканных клубов Лондона. Не помню, чтобы я когда-либо за всю свою жизнь сделал так много для кого-нибудь еще.
– Вы полагаете, что сослужили Перри хорошую службу, представив его в игорный клуб? – возмутилась Джудит.
– Конечно!
– Без сомнения, вы будете думать так же, когда он проиграет все свое состояние!
– В одном вы должны быть абсолютно уверены, мисс Тэвернер: пока завязки кошелька в руках у меня, свое состояние Перри не проиграет.
– А что будет потом? После того, как он познает эту страсть к картам?
– Надеюсь, к тому времени он станет чуточку помудрее, – произнес граф.
– Мне надо было двадцать раз подумать, прежде чем ехать к вам, – с горечью сказала Джудит. Ворт повернул голову.
– Вы ошибаетесь, вы поступили абсолютно правильно, что приехали ко мне. Ваша ошибка была в том, что вам казалось, будто я не знаю о поступках Перри. А ведет он себя именно так, как я и предполагал. Но, как вы, очевидно, сумели заметить, это не вызывает у меня особых волнений.
– Да, это я заметила, – выразительно произнесла Джудит. – Вас куда больше волнует то самое дело, которым вы в данный момент так сосредоточенно занимаетесь.
– Совершенно верно, – согласился граф. – Я смешиваю особый нюхательный табак, а это весьма серьезное занятие, мисс Тэвернер.
