– Тебе не надо к нему ехать, Перри. Он с минуту на минуту будет здесь. Он должен повезти миссис Скэттергуд и меня на выставку восковых фигур в музей мадам Тюссо. Честно говоря, не пойму, почему он задерживается, он ведь обещал приехать в одиннадцать, а сейчас уже половина двенадцатого.
– Превосходно, клянусь, просто превосходно! – закричал Перегрин. – У него хватает наглости проводить меня под дуло пистолета и при этом приглашать на прогулку мою сестру!
– Кто-то произносит мое имя? – раздался от дверей спокойный голос. – А, Перегрин! Слава Богу! Перегрин резко повернулся к кузену.
– Так вы удивлены, что видите меня, сэр?
– Я очень этому рад, – твердо отвечал мистер Тэвернер. – Вы обязали меня молчать. Мне было очень трудно это делать. Однако я полагал, что к этому времени уже получу от вас какие-либо новости. Вы никак не пострадали?
– Замолчите! – взорвался Перегрин. – Можете мне сказать – вы не огласили мою тайну?
Кузен Перегрина очень внимательно посмотрел на него, а потом на Джудит, которая села на диван. Она лишь слабо улыбалась ему в ответ.
– Не скажете ли вы мне, как мне надо понимать ваши слова? – ровным голосом спросил он.
– Кто сообщил про нас магистрату, по распоряжению которого нас арестовали прямо на месте дуэли? – накинулся на своего кузена Перегрин. Чуть нахмурив брови, мистер Тэвернер продолжал так же внимательно на него смотреть. Перегрин зло сказал: – Кто был тот человек, который побудил врача раскрыть место дуэли? Кто кроме вас, знал о нашей встрече?
– На этот вопрос я ответить не могу, Перри. Я не имею никакой возможности сказать вам, кто еще об этом знал, – отвечал мистер Тэвернер.
– Честно ответьте мне – да или нет! – оборвал его Перегрин. – Это вы осведомили власти? Мистер Тэвернер медленно произнес:
– Я могу понять и простить вам ваше возмущение. Но подождите хоть одну минутку, пожалуйста! Я обещал вам, что буду молчать. Вы сейчас обвиняете меня в том, что я обманул ваше доверие?
Поскольку тонкости мужского кодекса чести не вызывали у мисс Тэвернер ни малейшей симпатии, она нетерпеливо воскликнула:
– Что все это могло значить, если Перри грозила такая опасность? Какой еще путь должен был избрать его истинный друг, нежели попытаться любой ценой предотвратить эту дуэль?
Мистер Тэвернер улыбнулся и покачал головой. Перегрин несколько поостыл, но все еще продолжал возмущаться:
– Я совсем не хочу быть к вам несправедливым. Но вы мне пока так и не ответили! О нашей встрече знал еще только один человек – мой личный слуга. А по описанию доктора Лейна это был совсем не он.
– А каково было это описание, позвольте узнать?
– По его словам, это был человек высокого роста, весьма респектабельного вида, одетый по последней моде!
Мистер Тэвернер был явно удивлен.
– Мой дорогой Перри! Разве во всем Лондоне я – единственный, кто подходит под такое описание? И вы основываете свои подозрения только на этом? Вам не приходило в голову, что, весьма возможно, ваш соперник тоже кому-то, как и вы, рассказал про вашу дуэль?
– Фарнэби? – опешил Перегрин. – Нет, я об этом и не подумал. То есть, я хочу сказать, мне кажется, это невозможно.
– Но почему невозможно? Значит, вы считаете более вероятным, что на вас донес я?
– Конечно же, если вы уверяете, что этого не делали, я обязан вам верить.
– Это меня радует, – сказал мистер Тэвернер. – Должен признаться, и пусть я рискую вас обидеть, что, как бы мало ни было мое участие во всем этом, я очень-очень счастлив, что кто-то тем не менее обо всем сообщил!
– Вы очень добры, – произнес Перегрин, с недоверием глядя на своего кузена.
Мистер Тэвернер засмеялся.
– Забавно! Вам что, очень хотелось, чтобы вас убили? Не задирайтесь, Перри, ведь вам все равно не удастся вызвать меня на ссору! Джудит, вы поедете на выставку? А миссис Скэттергуд уже готова?
Джудит встала.
– До вашего прихода она была в столовой. Она хотела написать письмо. Ее позвать?
– Обязательно. Мне кажется, мы уже опаздываем. Меня задержали, прошу прощения. – Он любезно поклонился Перегрину и распахнул перед Джудит дверь.
В холле она подождала, пока мистер Тэвернер закроет дверь, и очень тихо сказала:
– Вы ничего не отрицали.
Мистер Тэвернер приподнял брови и вопросительно посмотрел на нее:
– Вы тоже хотите со мной поссориться, Джудит?
– О нет, никак не хочу! – честно сказала она. – Перри совсем ребенок; у него бывают такие неразумные суждения. Вы ведь мудрее. О, мне ничего говорить не надо! Вы его спасли, и я – вы даже представить себе не можете, как я вам благодарна!
Мистер Тэвернер взял ее руку в свои.
– Чтобы снискать ваше доброе отношение, я готов сделать все! – сказал он.
Глаза Джудит излучали тепло.
– Вы это заслужили. От всей души благодарю вас.
