Кейт уснула. Но утром, когда Уильям – строго-настрого приказав жене оставаться в комнате – отправился на поиски старых знакомых, желая во что бы то ни стало восстановить свое место в придворной иерархии, она вновь вытащила бумаги и записала в подробностях новую гипотезу, гласившую, что принцев в свое время вывезли живыми и здоровыми в Шерифф-Хаттон. Кейт пообещала себе, что когда-нибудь ребенок, которого она сейчас носила, сможет произнести имя своего деда, гордо подняв голову.
Нед здесь, в Тауэре. Сэр Эдвард сообщил мне, что его арестовали в Дувре и, доставив под охраной сюда, поместили в доме лейтенанта. Не знаю, смеяться мне или плакать, потому что хотя я и радуюсь при мысли о том, что Нед рядом, однако наряду с этим чувствую, что мне, ему и нашему ребенку грозит нешуточная опасность.
– Могу я увидеть мужа?
– К сожалению, нет, миледи. Королева категорически запретила это. Но милорд Хартфорд посылает вам вот это и спрашивает о вашем здоровье. – Лейтенант протягивает мне маленький букет фиалок. Фиалки – знак чистоты, изящества и верности. Ко мне словно возвращается моя добрая репутация. – Вы оба по отдельности будете допрошены Тайным советом, – сообщает мне сэр Эдвард.
– Но я уже рассказала вам все, что знаю, – возражаю я.
– Расследование пока еще не закончено, миледи, – говорит мой тюремщик, собираясь уходить.
– Пожалуйста, передайте моему мужу, что я в добром здравии! – кричу я ему вслед.
Он останавливается и кивает.
Позднее в тот же день ко мне приходят пять лордов Совета. Среди них епископ Лондонский и маркиз Винчестер, который в этом самом Тауэре возлагал корону на голову моей сестры.
– Леди Катерина, – начинает маркиз, – почему вы не захотели сообщить лейтенанту всю правду?
– Но я рассказала ему все, – недоумеваю я.
– Давайте посмотрим, о чем рассказал нам лорд Хартфорд. – Он читает отчет Неда о дне нашего венчания, и я в ужасе слышу, что милорд сообщил все, даже самые интимные подробности, отчего мое лицо покрывается румянцем. Тем не менее в остальном наши показания полностью совпадают: Нед поведал им обо всем, что я сама сообщила сэру Эдварду, даже процитировал строки, которые выгравировал на моем обручальном кольце. Теперь члены Совета, безусловно, должны нам поверить!
– Почему вы скрыли все это при первом допросе?
Из чувства стыда, разумеется, вот почему. Неужели они думали, что я буду обсуждать такие вещи с посторонним мужчиной? Даже сейчас я не могу заставить себя говорить об этом.
– Мысли мои мучительно метались, – говорю я. – Я боялась вызвать неудовольствие ее величества. Я страдала оттого, что, когда я оказалась в такой отчаянной ситуации, рядом со мной не было моего мужа… Кроме того, я жду ребенка… – Большего я сказать не могу; я совершенно сломлена и принимаюсь рыдать навзрыд.
Лорды сидят в молчании, пока клерк записывает мои слова. Маркиз кивает остальным.
– Это все, – говорит он, к моему удивлению. – Мы прощаемся с вами, леди Катерина.Кейт, в отличие от жен других знатных людей, не наблюдала церемонию коронации. Ей не хотелось видеть торжество Тюдора, изображающего из себя короля. Сославшись на плохое самочувствие, она осталась в отведенных им покоях, коротая время за чтением романа Томаса Мэлори «Смерть короля Артура».
