При виде двух симпатичных девушек стражники у ворот Тауэра одобрительно засвистели. Кейт с облегчением заметила, что вроде бы ничего необычного там не происходило. Напротив, в Тауэре царили тишина и спокойствие. Она обратилась к одному из стражников:
– Мой отец – герцог Глостер. Скажите, он сейчас в Тауэре?
Тот смерил ее насмешливым взглядом:
– Ну, тогда мой отец – король Англии.
– Что ж, я дождусь его здесь, и тогда вы мне поверите, – с достоинством произнесла Кейт.
– Покажите ему подвеску, – прошептала Мэтти.
Кейт вытащила из бархатного кошелька пакетик и развернула его. Большой сапфир заиграл на солнце всеми своими гранями.
– Ну, теперь вы мне верите? – с вызовом спросила Кейт.
Стражник моментально понял свою ошибку.
– Я прошу прощения, леди. Но тут столько всяких чудаков ходит. Да, герцог заседает сейчас с Советом в цитадели Цезаря [26] – видите вон там большую белую крепость? Я стоял на посту, когда он прибыл. Герцог Глостер выходил на час или около того вместе со своими сторонниками, но потом вернулся. Вид у него был не очень довольный.
– Ну вот! – вздохнула Кейт. Похоже, ее дурные предчувствия оправдывались: что-то пошло не так.
– Входите, миледи. Вообще-то, простым людям не возбраняется входить в Тауэр. Мы здесь стоим, чтобы не допускать всяких смутьянов.
Часовой махнул рукой, пропуская двух девушек через ворота. Они оказались в наружном дворе замка и двинулись мимо большого огороженного шлюза, где Темза плескалась о ступени. Мэтти прекрасно ориентировалась в Тауэре.
– Я уже бывала здесь, миледи, – сообщила она. – Дядюшка приводил меня посмотреть на львов и других животных, которые содержатся в зверинце. Он здесь служит надзирателем. Мы несколько раз обедали у него в доме.
Слева от них располагались внутренние укрепления, высокие древние сооружения. Кейт подняла голову и увидела в одном из верхних окон лицо молодой женщины. Окно было забрано решеткой.
– Там кто-то есть, – сказала она Мэтти. – Какая-то женщина. Она что, заключенная?
– Я никого не вижу, – ответила горничная.
Кейт была озадачена, ибо девушка все еще смотрела через решетку. Но Мэтти пошла дальше, и Кейт последовала за ней под арку, потом – по узкому проходу. Они оказались перед массивными воротами, за которыми явно находилось то, что называли цитаделью Цезаря, – сооружение из белого камня. Справа от них была высокая стена, а за ней – какое-то здание.
– Это королевский дворец, – пояснила Мэтти. – Туда никого не пускают. А вот эти большие ворота впереди – это вход, он называется Колдхарборгейт.
– Где-то здесь находится юный король, – сказала Кейт.
Несчастный мальчик, подумала она, проводит целые дни напролет в государственных заботах, окруженный придворными, и совсем не общается со сверстниками. Эдуарду приходится не только готовить уроки, но еще и учиться тяжелой науке управления подданными. Он должен был посещать заседания Совета – так ей говорил отец, – но в последнее время его величество освободили от обязательного присутствия, потому что он страдал какой-то болезнью челюсти, от которой придворный врач никак не мог его вылечить.
Ну ничего, когда к Эдуарду присоединится младший брат, ему станет повеселее. Решение отца доставить сюда также и герцога Йорка Кейт находила весьма мудрым, к тому же оно свидетельствовало о том, насколько близко к сердцу Ричард Глостер принимает состояние племянника.
