Я ожидал, что она не поймет вопроса или удивится, а может скажет: «От кого же еще?!» Но Катя захлопала ресницами сначала недоуменно, потом растерянно, затем смущенно и прежде чем она начала говорить, я уже знал ответ. На лбу выступила испарина.
— Наверное от Алисы... — очень неуверенно сказала Катя и спрятала глаза. — Я в какой-то момент пожелала тебе Силы и что-то почувствовала, но не знаю точно, сработало ли. Если и сработало, ты же не будешь теперь сердиться?
— Не буду. Я понял, — я едва удержал голос ровным. — Когда? Когда ты... пожелала?
— Когда ты прилетел с собрания... — застенчиво сказала она. — Ты был так измотан... Я поняла, что не помешает... Мы вместе старались, — она поцеловала сына в нос и аккуратно положила на кровать.
...я смотрел на свою жену и на меня накатывало осознание.
Хаос...
Я не все говорю ей... А она делает вид, что не все знает.
Я читаю ее... А она знает меня лучше всех.
Я контролирую ее... А она меня?
Стоило мне задуматься, как жена взвизгнула, и бросилась ко мне, ища защиты.
По полу к ней медленно полз чудом сохранившийся ветласский жук, поблескивая крупными, с ноготь, сизо-синими крыльями и шевеля длинными усами.
— Яр...
«Спаси», — услышал я беспомощное, спокойно поднялся, поднял жука и отправил его засыпать в сугробе. Растеряв всю смелость, дочь Хаоса жалась ко мне, нервно оглядываясь по сторонам. Я привлек ее к себе.
«Эх ты, мой храбрый птенчик, повелитель хаоса, ужас порядка. В крайнем случае, тебя можно загнать в угол парой комаров».
Конец
