Игра закончилась, все побежали к двери и начали ломиться. Женщина по имени Рыжая оказалась первой и прижалась прямо к Эдди.
– Мразь.
Эдди почувствовала, что на нее давит что-то очень твердое в районе поясницы. Толкучка у двери становилась все хуже, а давление превратилось в пронизывающую боль, из-за которой у нее помутилось в глазах.
Толпа вылетела из дверей, как пробка из бутылки, когда все вывалились в коридор.
– Ладно, ладно, хватит пихаться и толкаться, что с вами не так? Вы об очередях не слышали? Давайте-ка двигаться организованно, а то кто-нибудь покалечится.
Эдди обернулась, но все бросились врассыпную. Она не увидела даже спины Рыжей. Она поднялась до середины железной лестницы под крики и топот, а потом упала без сознания.
Эдди никогда не болела и не собиралась начинать сейчас.
– Я не пойду к доктору. Мне просто стало жарко.
– Да? Вы можете идти?
– Мне не нужен чертов доктор.
– Эдди, у вас здесь нет особого выбора. Вы упали в обморок – вы обязаны посетить тюремного врача. Тут вы не на свободе, тут есть правила. Так вы в состоянии идти?
Эдди не сказала «нет», не сказала, что боль в пояснице до сих пор была как воткнутая в нее раскаленная кочерга. Во время ходьбы кочерга проворачивалась. Она сжала кулаки и заставила себя встать прямо.
Ее не очень волновало, может она проводить время с другими людьми или нет. Она предпочла бы оставаться одна, но она хотела иметь возможность ходить на улицу, в спортивный зал, в библиотеку, а не торчать в своей комнате двадцать четыре на семь.
– Вы уверены, что вы в порядке?
– Я уже сказала.
Кочерга теперь крутилась в другую сторону, но она не собиралась об этом говорить. На вид она была совершенно здорова, если, конечно, доктор не захочет раздеть ее и осмотреть каждый сантиметр ее тела, так что она просто примет болеутоляющие от выдуманной головной боли, и они ей помогут.
Путь от начала последнего коридора до его конца был самым страшным в ее жизни. Кочерга втыкалась глубже, крутилась сначала в одну сторону, потом в другую, выходила и входила снова. Она преодолела его, потому что преодолела себя, но она была на грани.
На враче были такие очки, какие Эдди особенно ненавидела – овальные и без оправы, а когда она подняла глаза, она не улыбнулась. Эдди хотелось закричать на нее. Я под следствием, меня не посадили, так что улыбайся мне!
– Добрый вечер.
Эдди ничего не сказала. С чего бы?
– Я слышала, что вы только что упали в обморок.
– Типа того.
– Ну им пришлось вас поднимать.
– Там было жарко.
– Это на вас всегда так влияет – жара?
Эдди пожала плечами.
– Когда вы в последний раз ели?
– Пила чай.
– Когда вы последний раз видели своего терапевта?
– Никогда. Я не болею.
– Понятно. Месячные в норме?
– Да.
– У вас есть месячные сейчас?
– Нет.
– Ваши медицинские показатели при поступлении на первый взгляд кажутся абсолютно нормальными. Вы не принимаете никакие лекарства. Ладно, давайте я сначала на вас хорошенько взгляну.
– У меня весь день болела голова. Мне нужно что-нибудь от нее, и со мной все будет в порядке.
– Сначала я вас осмотрю. Сильно болела?
Эдди пожала плечами.
– У вас часто болит голова?
– Нет. Я же сказала, было жарко.
– Понятно. Зайдите за ширму и разденьтесь до лифчика и трусов, пожалуйста.
– Я же сказала, со мной все в порядке, мне вообще не надо было сюда приходить.
– Вы отказываетесь раздеваться?
– Да.
Она вздохнула.
– Ладно, но мне нужно померить ваше давление. Низкое кровяное давление может быть причиной обморока. Это для вас будет приемлемо? Если да, то закатайте, пожалуйста, рукав.
Нажимая на грушу и затягивая рукав у Эдди на плече, доктор отвернулась от нее и посмотрела в окно.
– Все хорошо. Абсолютно нормальное давление. Откиньте голову, я хочу проверить ваши глаза. – Она посветила фонариком. Боль в спине никуда не делась и была такой же пронзительной. Но, по крайней мере, кочерга больше не крутилась.
Она выключила фонарик.
– Что же. Я не вижу никаких нарушений.
– Я вам так и сказала. Там было жарко.
– Да. Я выпишу вам парацетамол от головной боли. Пейте как можно больше воды. Обезвоживание не улучшит ситуацию ни с головной болью, ни с обмороками. Если подобное повторится, я возьму у вас анализ крови.
Она нажала на кнопку на своем столе, чтобы вызвать надзирательницу. Хорошо, что она уже ждала за дверью. Эдди вышла прямо за ней.
– Хорошего вечера, – сказала доктор. Это был сарказм. Эдди даже не стала отвечать.
Дорога назад была новым кошмаром. Кочерга начала крутиться и вибрировать, стоило ей только двинуться. Врач дала ей четыре таблетки парацетамола – две принять сейчас и две позже, если ей это понадобится. Четыре чертовых таблетки. От такой боли ей нужно было штук сорок.
– Ты хочешь посмотреть фильм? Сегодня
– Нет.
– Отличный фильм. Я его три раза смотрела.
Так еще больше отупеешь, подумала Эдди. Такие фильмы были не в ее вкусе.
