Я проснулась от крика Машки. Честно говоря, даже звук московского будильника, призывающего собираться на работу, порадовал бы меня больше.
– Кого его? – пробурчала я, пытаясь накрыться одеялом с головой.
– Пашу. Напоил приятеля, украл звезды, дом поджег. И выдал это за несчастный случай.
Машка защелкала клавиатурой айпада, приговаривая:
– Где там справка про все их имущество? Вот, нашла. У них была дача в деревне Снегиревка.
Подруга еще потыкала в айпад. И задумчиво протянула:
– Ничего не понимаю. Дом в Снегиревке сгорел четыре года назад. Они что, так долго ждали? Ерунда какая-то.
– Маша, может, ты все же сосредоточишься на пищевой промышленности? Сама подумай: если бы Михаил грохнул друга детства, чтобы украсть звезды, зачем ему сейчас убивать невесту на виду у всего мира? Привлекать к себе внимание? Такие вещи продают тихо. А тут какой-то театр абсурда!
Машка вдруг замерла, как кобра перед прыжком. Уставилась на меня гипнотическим взглядом. И протянула:
– Как ты сказала? Театр? Блин, конечно! То-то я думаю, почему ничего не сходится! Быстро одевайся!
…Когда Машку осеняет какая-то важная идея, она держит ее в тайне. Поэтому я не знала, куда мы несемся по почти пустым утренним улицам, пока подруга не толкнула дверь в ювелирный магазин Кехертов.
– Могу я поговорить с хозяином? – спросила она с порога юного гламурного продавца. – Мне нужен господин Кехерт.
– Какой? – спросил продавец.
– А что, их несколько? Тогда любой.
– Это невозможно. Они уехали на отдых.
– Черт! Тогда мне нужен управляющий. Тот, кто давно здесь работает. Это вопрос жизни и смерти! – продолжала Машка атаку.
Парень посмотрел на нас с опаской. Куда-то позвонил. Через несколько минут в зал вышел высокий и худой как жердь седовласый австриец с костлявым жестким лицом, который прощупал нас рентгеновским взглядом. На богатых клиенток мы не тянули. И он холодно спросил по-английски:
– Что вам угодно?
– Нам надо узнать про звезды Сиси, – начала Машка. Но австриец тут же ее перебил:
– Я предупредил ваших коллег: я не комментирую эту ситуацию. Вы ведь журналистка?
– Нет, – ответила Машка, сощурившись. – Я подозреваемая в убийстве.
Парень за прилавком разинул от удивления рот.
Управляющий тоже уставился на нас в замешательстве.
– Мы сидели с убитой девушкой в одной ложе. Теперь полиция пытается нас обвинить. Я хочу знать: это действительно могла быть настоящая звезда Сиси?
– Не могу сказать, пока не увижу, – уже мягче ответил управляющий.
– Можно ли подделать звезду так, чтобы эксперты приняли ее за оригинал? – не отступала Машка.
Австриец улыбнулся одними губами, глаза остались настороженными.
– Теоретически все возможно. Мы сами делаем достаточно точные копии. – Он кивнул на витрину: я ни за что не отличила бы выставленные в ней звезды от той, что была на Жанне. – Но, конечно, специалист сразу увидит, что они новые.
– А если их состарить?
– Видите ли, сейчас другие технологии. В старых изделиях есть некоторые мелочи, детали. Которые знают только наши мастера.
– Но ваши мастера могли бы их повторить?
Мужик посмотрел на Машку еще холодней:
– Надеюсь, что нет. Тут нужна высочайшая квалификация. Хотя… У нас работали разные люди, я не могу дать гарантии…
– Из России у вас ювелиры были?
– Нет.
– Может, ученики, подмастерья… Несколько лет назад?
– Не было.
Машка вздохнула:
– Хорошо. Спасибо.
Мы уже двинулась к выходу. Как вдруг подруга резко обернулась.
– Постойте! – крикнула она в прямую спину старика. – А уборщики? Кто-то из России у вас работал?
Управляющий повернулся. Что-то такое мелькнуло в его глазах. Наконец он решился:
– Три года назад у нас была одна русская женщина. Но убирала очень плохо. Кругом заглядывала. Расспрашивала. Мы решили, что она может быть, как это называется? Наводчицей. Короче, через два месяца я ее уволил.
– Как же вы вообще взяли ее на работу? Без знания языка? Без документов? – прищурилась Машка.
– Почему? – удивился управляющий. – Она была замужем за австрийцем. Документы в порядке. По-немецки говорила хорошо.
– Как ее звали? – поскучнела подруга.
– Не помню. Столько уборщиц сменилось.
– А по фото вы бы ее узнали?
Машка стала быстро щелкать клавишами телефона. Наконец протянула айфон управляющему.
Тот долго вглядывался в экран. Потом не очень уверенно кивнул:
– Вроде бы она…
Я заглянула Машке через плечо. С ее телефона на меня смотрела Инна Львовна.
– Ты поняла? – возбужденно спросила Машка, когда мы вышли из ювелирного магазина.
На всякий случай я кивнула. И тут же спросила:
– Так в чем там дело?
– Это была подделка! Все звезды – не настоящие. Иначе в этой истории нет смысла. А подделкам нужен провенанс – история обретения. Потому они и отправили Жанну на концерт. Прикинь: убийство и кража драгоценности на виду у 92 миллионов человек! Весь мир смотрит это в прямом эфире! Невольно поверишь, что заколка настоящая. Гениальное решение!
– Хочешь сказать, что никаких звезд Сиси у соседа по даче не было? А Жанну убила Инна Львовна?
– Скорее всего, исполнителем был Гена, – вздохнула Машка. – Жаль. Симпатичный мужик.
– Симпатичный?! – возопила я.
