Я поворошила солому, убедившись, что там больше нет насекомых и в изнеможении опустилась, закутавшись в свое хлипкое одеяние. Только сейчас обнаружила, что оно грязное и рваное в некоторых местах — видимо, когда меня волокли, то не особо церемонились.
Находясь в своих мыслях, я не сразу услышала шаги. Они были тихими и довольно бесшумными, но мое чутье подсказало, что человек не зря ступал так тихо, явно прячась от посторонних глаз.
— Мадемуазель! — услышала я голос. Синий китель. Мужчина с бородой.
Я кинулась тотчас же к металлическим прутьям.
— Прошу, помогите мне сбежать! — начала шептать я, захлебываясь в жалости к самой себе. — Я сделаю все, что угодно!
— Мадемуазель, если меня увидят, то немедленно убьют. Возьмите вот это. Я не смогу вам помочь сейчас, но сделаю все возможное.
— Хорошо, конечно, я буду молиться за вас!
Я увидела, что мужчина мне что-то протягивает и схватила сверток.
— Мне пора.
— Стойте, — я протянула руку через прутья и мужчина остановился. — Почему вы мне помогаете?
Он хотел что-то сказать, но тут послышался лязг замка вдалеке и человек с добрым сердцем поспешил раствориться в темноте.
Я отползла на свое место и рассмотрела сверток. Это было теплое платье с длинными рукавами и фляга с чистой водой, к которой я тут же приложилась. Только сейчас я поняла — как же мне хотелось пить!
Мысленно благодаря помощника, я переоделась в новое платье, а старое тряпье положила поверх соломы. Несмотря на мое положение, неожиданный поклонник вселил в меня надежду. Может быть у меня все-таки есть шанс выжить?
Мне снился он. Мой падре. Он пришел навестить меня в темнице, но близко не подходил, оставаясь стоять в темном углу. Я видела его красивое лицо с темными карими глазами, таинственно мерцающими в темноте при свечах. Он слегка улыбался мне и говорил что-то успокаивающее, а я сидела на полу, положив голову на свои ладони и мечтательно смотрела на его губы. Мне так хотелось их поцеловать и погладить по темным шоколадным волосам, ощутить бархат кожи кончиками своих пальцев, но он никак не хотел приближаться ко мне, предпочитая бряцать ключами.
Он крутил тяжеленную связку на пальцах и этот шум все больше и больше заглушал его речь. Наконец, он почему-то разозлился и бросил ключи. Те упали с громким звуком и я проснулась.
Падре не было, зато тяжелой поступью к моей камере шли два человека, один из которых уронил связку ключей на пол и тут же поднял. Сердце сжалось в тревожном ожидании.
Инстинктивное чувство подсказывало, что идут они по мою душу. Сначала в тусклый круг мерцающего чадящего света выступил охранник. Грузно он подошел к замку и сунул большой ключ внутрь, затем принялся разматывать цепь, скрепляющую две створки.
Второго человека не было видно, но я знала, что он стоит там. Тень позади охранника подсказывала о его присутствии. Когда наконец клетка была открыта, тень бесшумно скользнула внутрь и я увидела его — Пьера де Сада. Он был одет в синий камзол с серебряными звездами — знак правосудия. На бедре кинжал в ножнах. Шпага отсутствовала. Темные поля шляпы скрывали верхнюю часть лица и я видела только жестокие губы и точеный островатый подбородок. Тень обогнула полукругом меня и остановилась в углу решетки.
— Ты, — сказал он. — Немедля расскажешь, что вы сделали с моим братом. Я жду от тебя только правду и тогда может быть подумаю о милости.
— Какой величественный поступок, — тихо сказала я, стараясь не выдавать презрения к нему.
— Не шути со мной, — тень выступила вперед. — Мой брат Анатоль. С детства он оберегал меня и много раз прикрывал перед отцом. Сейчас мне не нужна защита, но я знаю, что Анатоль любит меня и я сделаю все, чтобы его спасти.
Я сложила руки на груди в замок, стараясь хотя бы немного оградиться от бешеной энергетики, которая шла от Пьера. И энергетика эта была тяжелой и разрушительной.
— Я имела честь немного узнать Анатоля и могу сделать вывод, что это доброй души честный человек. Даже не представляю, что вас может связывать. Если бы не ваши кровные узы, — распалялась я.
Однако, мои слова не понравились Пьеру. Он подошел вплотную ко мне и в темноте его глаза блистали огнем ярости.
— Ну, давай же! — я раскрыла руки и гордо подняла голову. — Ударь меня! Я не смогу тебе ответить, ведь я слабая женщина, к тому же воровка. Вот так вы решаете здесь проблемы, да?
Мои слова воздействовали на Пьера и он немного остыл, затем развернулся и начал шагать взад-вперед по тюремной камере.
— Ты меня удивляешь и бесишь! Никто и никогда не позволял себе так общаться со мной. Ты еще жива лишь потому что у тебя есть нужная мне информация.
— Ты же сказал, что пощадишь меня. Получается, в моих интересах скрывать правду от тебя, — не выдержала я, чем чуть не довела Пьера до белого каления.
Он вскричал.
— Глупая гусыня! Я люблю своего брата. Он мне безумно дорог. Что с ним случилось? Почему у него такой ужасный вид. Ты наслала проклятие, признавайся? — он бросился ко мне, остановившись в двух шагах, и мне пришлось отступить к стене.
Черной тенью он медленно приближался ко мне.
