– Просто она тебя не слышала, – упрямо заявила она.
– Наверняка всё дело в стекле, – пробурчал Токо, почёсывая комариный укус, который внезапно оказался куда интереснее моего рассказа.
– Можешь сам попробовать, – предложил ему Джаспер.
И мы попробовали. Стёкла столовой тоже были довольно толстыми, но наши мысли свободно сквозь них проникали.
– И что теперь? Напиться, чтобы проверить ещё и это? – с сарказмом спросил Барри, глядя на меня холодными глазами.
– Думаю, в этом нет необходимости, – сказал я, потому что не раз видел, как учителя сидели по вечерам с напитками на крыше и беседовали.
Мы отправились искать мистера Гарсию.
Учитель превращений в одних плавках возился с быстроходным катером, его смуглая кожа блестела на солнце.
– Полиция уже выехала. Мы с Джеком и Алишей тоже отправимся в отель «Фламинго» взглянуть на эти клетки из сетей, – сказал он мне. – Если повезёт и они ещё не успели их убрать, то полиция сможет использовать их в качестве улик.
– Хорошая идея, – сказал я. – Вообще-то я к вам по другому вопросу… Как алкоголь влияет на способность общаться мысленно?
Он испытующе посмотрел на меня, но не стал расспрашивать, почему меня это интересует.
– После бутылки пива никакой разницы. После двух бутылок – ощущение, будто разговариваешь сквозь толстый слой ваты. А если как следует напиться, то слышен лишь шёпот, а разобрать ничего не можешь. – Он поморщился – наверное, сам пробовал.
– Спасибо, – поблагодарил я, и мы вернулись в рощицу.
– Ну так что? Была она пьяна или нет? – с наигранным равнодушием спросила Элла, но я на это не купился.
– Нет, она выглядела совершенно трезвой, – ответил я. – Если не веришь, позвони ей – сама определишь по голосу.
Элла с присвистом выдохнула.
– Так, с меня довольно, – раздражённо заявила она и повернулась, сделав своим спутникам знак следовать за собой. – Всё ведь обошлось, правда? Иди приляг или поучи уроки: в пятницу у нас контрольная по человековедению, а тебе эта оценка нужна для твоей жалкой стипендии, верно?
Мы с Джаспером молча смотрели ей вслед.
Мне непременно надо поговорить с Шари, объяснить ей, почему я так взбесился! Сказать, что и сам страдаю от своей несдержанности, что мисс Уайт помогает мне научиться себя контролировать. Но Шари нигде не было, даже её друзья-дельфины не знали, где она.
Взвинченный и расстроенный, я поплыл на встречу в тайном укрытии. Брат мне Стив или нет? Мне не терпелось узнать о нём побольше.
– Как океанисто, что вы друг друга нашли! Хочешь, сплаваю с тобой? – спросила Финни, но я покачал головой:
– Хочу сначала поговорить с ним наедине.
Море было тёмным как чернила, но я уже однажды был с Шари ночью в море. Моим акульим глазам хватало света звёзд, проникающего сквозь толщу воды. Я плавно скользил под водой, пока не ощутил знакомый вкус моря там, где покоился густо заросший кораллами затонувший корабль. Чёрный, как скала, остов торчал из песка.
Стив уже был здесь – я чувствовал в воде колебания, которые вызывали его движения. Вскоре его огромный силуэт приблизился, и я вдруг подумал, что раньше наверняка испугался бы его до смерти. В этом обличье он существо, с которым в темноте лучше не встречаться. Да и при свете тоже. Как и я сам.
Мы превратились и залезли через подводный вход на корабль. В заполненном воздухом отсеке мы вынырнули и натянули на себя валяющиеся там плавки, от которых слегка попахивало затхлостью, потому что они давно не были на солнце. Я робко взглянул на Стива сбоку. Выглядел он так же, как на фото – высокий широкоплечий смуглый мальчик.
– А здесь неплохо, – сказал он. – Можно? – Он устроился на красной резиновой подушке, достал из шкафа с лакомствами пакетик чипсов и начал есть. – Как же я по ним соскучился! От бургера я бы сейчас тоже не отказался: последние годы питался одним сырым мясом.
– Знаешь что-нибудь о своих настоящих родителях? – выпалил я, чтобы проверить своё предположение.
– Приёмные родители говорили, что их зовут Айрис и Скотт и у них нет на меня времени, – ответил Стив. – Тебе эти имена о чём-нибудь говорят?
Значит, это и правда он! Я разулыбался до ушей.
– Ещё как! Моих тоже так зовут. Я долгое время считал, что они погибли. «Нет времени…» Как же мне это знакомо!
– Почему? – спросил он.
