– Есть, конечно, и другой вариант, – сказал он, с трудом выдавливая слова. – Но он гораздо хуже, чем идея с женитьбой. Послушай, я не хочу и не допущу, чтобы ты предстала перед властями в какой-нибудь другой, нежели относительно безопасной ситуации. Жену виконта тоже могут осудить, но только при наличии убедительных доказательств. Например, более веских, чем показания слуг против тебя. Прошло уже десять лет с тех пор, как все это случилось, и любой хороший адвокат усомнится в том, что они помнят, как все произошло той ночью. Выйдя за меня замуж, Кэт, ты будешь в безопасности. Но без защиты моего имени – а это единственное, что я могу тебе предложить, – исход дела по новому расследованию смерти Фолшо остается неопределенным. Ты сбежала и вела такой образ жизни, который большинство людей сочтут недостойным.
– Знаю. А какой у меня есть выбор? Упрямая женщина.
– Вернуться со мной назад в Англию, – сказал Джаррет. – Начать карьеру сначала, если тебе так хочется. Найти покровителя, способного лучше позаботиться о тебе, или мужчину, за которого ты захочешь выйти замуж. Зачем отдаваться в руки равнодушной и, возможно, некомпетентной системы правосудия в этой глуши? Свекровь, которая свидетельствовала против тебя десять лет на зад, поступит так же снова. Зачем тебе это? Разве можно обнаружить правду после стольких лет? И ты уверена, что хочешь ее знать?
Казалось, прошло очень много времени, прежде чем Кэт ответила. Голос ее едва можно было расслышать за грохотом экипажа.
– Я должна сделать это, милорд. Все эти годы я собирала свое мужество по крохам, пока его не набралось достаточно для того, чтобы приехать сюда. Я чувствую все время тяжесть в груди. Это чувство вины, и страха, и безнадежности. Лучше покончить с этим, чего бы это ни стоило, чем я буду остаток жизни влачить жалкое существование, как все эти годы. Но я отказываюсь вмешивать в это вас. Нет ли третьего выхода? Женитьба, возможно, которая будет сразу аннулирована? Я могла бы использовать фальшивое имя.
– Для этого слишком поздно. – Деринг хранил эти новости на тот случай, если бы она приняла его предложение. Теперь придется воспользоваться этими сведениями как оружием. – У меня есть специальная лицензия от архиепископа Кентерберийского и гарантия брачной лицензии епископского двора ирландской церкви в Дублине, в обоих документах моей невестой значится Катриона Фолшо. Я выложил круглую сумму двору в качестве залога, что для брака нет помех. Я имею право жениться на тебе законным образом в двух странах, Кэт. Может быть, это и лишнее, но я хотел избежать любой случайности.
– Вы собирались жениться на мне до того, как нашли меня? Даже до того, как покинули Англию?
– В любом саду есть своя змея подколодная, дорогая. Я не в силах вернуть тебе твою прежнюю жизнь, как и никто другой. Но я могу освободить тебя от нее и повести в новую жизнь… пока буду с тобой.
Он оторвал ее онемевшие пальцы от петли, за которую она держалась, и взял ее руки в свои. В золотистом свете фонаря тени скользили по ее лицу. Он мог заставить ее хотеть его. Он знал, что мог бы, если бы только она отважилась на этот прыжок в неизвестность вместе с ним.
И снова он был на краю пропасти, как в горах Ско-Фелл, и эта женщина – единственная нить, связывающая его с жизнью. Он говорил тихо, так что ей пришлось наклониться к нему, смотреть ему в лицо и внимательно слушать его слова, а не думать о доводах против, которые она приведет потом.
– Мы оба, – начал он, – в молодости совершили ужасные ошибки. Мы были безголовые и себялюбивые. Мы поверили не тем людям. И наконец, нас предали наши семьи, нас изгнали из дома и лишили наследства. Твое путешествие было более сложным, я в этом уверен. Твой характер сформировали трудности. О своем пути или о себе я не могу сказать ничего хорошего, кроме того, что сейчас у меня нет долгов. Видишь, как мало я могу предложить тебе.
– Вы тот, кто вы есть, – просто сказала она.
Джаррет не понял, что она имела в виду. Он мог не оправдать чьих-то надежд, это так, но если она будет вдохновлять его, он сможет стать лучше. И в какой-то степени уже стал.
– Мы странники, – тихо продолжал лорд Деринг. – Одинокие и потерянные, пока не нашли друг друга. Так не продолжить ли нам наше путешествие вместе?
Она долго молчала. Джаррет держал ее руки, чувствуя, как пульсирует в них кровь. Наконец Кэт спросила:
– А если, милорд, вы почувствуете сожаление, что связались со мной?
– Не знаю, – откровенно ответил он. – К тому времени мне будет лет девяносто, стану пускать слюни в шезлонге в Бате и, возможно, влюблюсь в чью-нибудь болонку. Все, что я могу обещать тебе, – это по меньшей мере полвека верности и, что очень возможно, нелегкое существование. Особенно если власти сочтут тебя виновной в убийстве и нам придется спасаться бегством.
– Я думала, что замужество исключает такую возможность.
– Так и будет. Но если нет, то уже готов план бегства. Что бы ни произошло, Кэт, мы с этим справимся. Так что ты скажешь?
