– В свете открытий, неизвестных во время проведения первого расследования, – произнес он тоном римского сенатора, – объявляю решение о предумышленном убийстве, совершенном некоей Катрионой Фолшо из имения Гринуиллоу-Мэнор, графство Килдэр, аннулированным и недействительным. Новое постановление, отражающее установленные факты, будет составлено и предложено всем сторонам, которые должны скрепить подписью свое согласие. Далее, я выдвигаю обвинение в лжесвидетельстве против миссис Уильям Фолшо и заявляю, что, будучи обнаруженной в пределах юрисдикции наших законов и постановлений, она подлежит аресту. Быть посему.
Радостные возгласы слушателей, не обращавших внимания на попытки судебных приставов навести порядок в зале, показывали, на чьей они стороне. Люди похлопывали друг друга по плечу, пожимали руки, торжествовали, как будто они – совершенно чужие Кэт люди – были кровно заинтересованы в исходе этого дела. И может, так оно и было. Власти показали, что готовы признать свои ошибки и восстановить справедливость. Немало для страны, которая видела лишь крохи справедливости на протяжении сотен лет.
Колени у Кэт дрожали, когда Деринг помог ей подняться и держал ее под руку, пока она принимала поздравления и выслушивала добрые пожелания. Потом Кэт пошла от свидетеля к свидетелю, благодаря их за то, что выступили в ее пользу. Она также поблагодарила коронера и мистера Денниса Махоуни, который манипулировал событиями, как волшебник. Потом она подошла к Патрику Махоуни, который признался, что был влюблен в ее двоюродную бабушку, но она отвергла его предложение.
– Мне было так важно, – мягко сказал он, избегая толкающуюся толпу, – помочь девушке, которую Мара любила как собственного ребенка.
Кэт чуть не расплакалась от радости, что свободна, и от доброты такого множества людей, которые помогли ей. Ей только хотелось удалиться вместе с Дерингом и побыть в тишине, дать возможность своей новой жизни пустить корни. Доэтого момента она никогда не была уверена в их совместном будущем.
Появился мистер Гиллиам, его лицо сияло.
– Знаете, сэр Перри спросил, мог бы я принять предложение «Черного Феникса», если появится миссия, которая отвечает моим талантам. Я согласился с огромным энтузиазмом. Он также просил меня передать вам приветы. Этим утром он отплыл в Англию.
– Он был так уверен в исходе дела?
– Думаю, этот джентльмен никогда не бывает в чем-нибудь не уверен. Замечательный человек, хотя немного утомительный.
– А каковы ваши намерения, сэр? Вы сразу вернетесь домой?
– Я никогда не спешу домой, – сказал Гиллиам с некоторой печалью в глазах. – Лорд Уитуорт предложил мне погостить у него, так что я побуду некоторое время в Дублине и изучу сельскую местность. – Потом он протянул руку Дерингу, который с готовностью пожал ее. – Должен поблагодарить вас, сэр, за приглашение разделить с вами приключения. Ваше доверие изменило мою жизнь.
Мужчины не могут выражать свои чувства дольше, чем несколько слов и рукопожатие. С покрасневшим затылком мистер Гиллиам быстро удалился.
Кэт огляделась и увидела приближающегося лорда Уитуорта. Его обычно замкнутое лицо морщилось в улыбке.
– Настоящий триумф, – сказал он, когда Кэт присела в реверансе.
– Вы оказали очень ценную поддержку, милорд. Уверена, что ваше присутствие было очень важным.
– Кто знает? Но именно этот судья и я скрещивали шпаги несколько раз, и он хорошо знал, что любой промах с его стороны не пройдет незамеченным. Я только могу сказать, что мне это доставило удовольствие, леди Деринг. Чтобы отметить победу справедливости, я организовал праздничный ужин в замке сегодня вечером, совсем не официальный, и будет жаль, если вы не почтите нас своим присутствием. Даже миссис Ахерн будет там, потому что потом я отвезу ее в Дублин в своей карете.
Меньше всего ей хотелось быть на людях, но, конечно, придется принять приглашение.
– Мы будем счастливы, милорд. Вы очень добры.
– И эгоистичен. Вы не останетесь здесь, поскольку у Деринга имение в Дорсете, поэтому я должен наслаждаться вашим очаровательным обществом, пока могу.
Откланявшись, он направился к двери, забрав по дороге миссис Ахерн.
– Ты сказала ему, чтобы он отменил этот утомительный бал? – спросил Деринг, нахмурившись.
– Не говори ерунду. Ты воображаешь, что я стала бы решать за другого?
– Если думаешь, что это на пользу. – Его взгляд смягчился. – Поверь мне, соблазн действует гораздо лучше. Займись этим, и ты почти наверное добьешься своего.
– Даже в этом? – На теплой волне своего успеха она не могла удержаться, чтобы не потянуть его за собой. – Ты готов пойти в огонь?
– Думаю, да. Я тоже устал бежать в другом направлении. Но это непросто – выбросить брата с семьей на улицу, не говоря уже о тысяче осложнений, которые за этим последуют. Дай мне немного времени, хорошо?
– Он известный малый, – сказал Деринг, – отличился в бою, красуется в гусарской форме, остроумный собеседник и прочая ерунда. Ничего дурного о нем не слышно. И все-таки через тридцать секунд в его обществе мне уже хочется дать ему в физиономию.
