– У меня дело. Там все очень мутно, мне нужно найти одного человека и привезти в его участок. А я сама его допрошу. И отпустить.
– Официально я буду привлечен в это дело?
– Скорее всего, нет.
– Женя, опять эти твои опасные игры!
– Толь, ситуация серьезная. Ты же знаешь – просто так я бы к тебе обращаться не стала. На товарища надо надавить, у него, возможно, есть нужная мне информация. Нужная, чтобы спасти хорошего человека.
– Ладно, валяй. Кого искать?
– Лаврентий Лоншаков, работает в «Сапсане»… в администрации, точного названия должности не знаю, близок руководству. Живет на Кастринской, адрес запиши, – продиктовала знакомый адрес и продолжила: – Возле своего подъезда он от меня и сбежал.
– Понял. Жди звонка.
И без всяких лишних слов Толя положил трубку.
Я вздохнула с облегчением. Не отказал. Это уже хорошо. Вроде бы Лавр в бега кинуться не должен – хотя и может, если его напугала моя угроза с уголовной ответственностью. Зато если ребята Анатолия его обнаружат – в полицейском управлении парня проще разговорить.
Прошедшие после этого полтора часа привели меня в уныние. Попыталась позвонить Вере, та взяла трубку гудка с восьмого и сонно аллокнула.
– Вера, вы у подруги? – коротко спросила я.
– Ага, – откликнулась девушка. – Спим…
– Все в порядке?
– Ну да.
– Я перезвоню попозже, спите. Прошу прощения, – и я положила трубку.
Здесь все в норме, пусть девицы дрыхнут. Ехать на стадион рано, в дни, когда матча нет, там работа начинается ближе к обеду. Всех, кого могла, я вчера объехала-расспросила. На глаза к Глухалову пока попадаться не резон. К его потенциальным подельникам – тоже. Остается только ждать.
Уныло, могу я сказать. Тетушка завозилась с кулебякой, а она терпеть не может, когда снуешь у нее под ногами. Стоило мне сунуться на кухню, как она вручила мне кружку чаю, пару бутербродов, пачку печенья и махнула рукой:
– Жень, не мешай. Вот хоть телевизор посмотри.
Посмотрела. Похихикала над американским боевиком, в котором рукопашники порхали, как бабочки, по мрачным готическим коридорам, воюя с суровым врагом. Враг отступал, хотя руки-ноги условных «хороших героев» пролетали в полуметре от физиономий «злых дядек».
Смешно. Особенно когда за плечами, помимо курса «Ворошиловки», участие в реальных боевых действиях. Не люблю об этом вспоминать, но навыки-то не пропьешь…
Пока я пыталась отвлечься от ожидания за просмотром глупого фильма, тетушка загрузила пирог в духовку и устроилась с вязанием.
– Переключи на что-нибудь не такое кровавое, – попросила меня.
Да, теть Мила и впрямь не любит боевики. В отличие от меня. Хотя… я ко всем фильмам хорошо отношусь. Особенно к оскароносцам и альтернативным жанрам.
Пощелкав пультом, набрела на какой-то отечественный детективный сериал. Тетушка одобрила и погрузилась в вязание, посматривая уголком глаза на экран. Кажется, она готовила мне подарок на осенние холода, потому что носки были фиолетового цвета. Мне нравилось.
Наконец, тетя Мила отложила спицы и пряжу, строго посмотрела на меня.
– Женя, ты совсем себя изведешь.
– Да все в порядке.
– Я давно это уже слышу.
– Да, я знаю…
Больше мне сказать было нечего, но тетя не унималась, уж очень она меня любила.
– Хочешь, заварю тебе травяной чай?
– Не очень.
– Он поможет успокоиться. Не упрямься.
– Дорогая моя, я и так спокойна. Все правда хорошо.
– Ты уже час ходишь по гостиной.
Да? Я и не заметила, но решила поспорить с ней:
– Да нет, ты преувеличиваешь.
– Я смотрела на часы!
– Когда успела? Ты же в гостиную только-только зашла, – удивилась я. Вроде бы окон между кухней и залом у нас не предусмотрено. – Пирогом занималась.
– Кулебякой, – моментально отвлекаясь от моей замечательной персоны, возразила тетушка.
– Кстати, как там кулебяка поживает? – по комнате поплыл легкий аромат.
Пока рано, даже я, ничуть не кулинарка, это понимаю. Но тетя всполошенно подскочила и помчалась на кухню.
– Карта бита, – буркнула я, усаживаясь в кресло.
Тетушка, вернувшись, шумно вздохнула, снова взялась за вязание, но было видно, что она недовольна. Я любила ее искренне, но не понимала этой чрезмерной опеки.
– Ты сама не своя с тех пор как…
– Не надо! – обрезала я.
Еще не хватало: один раз по глупости своей поделилась с ней… ну, в общем, несложившимся романом. Она решила, что я лишилась любви всей своей жизни. И откуда в старушках столько романтичности? Теперь регулярно мучит меня намеками на прелести семейной жизни – розовые или голубые пеленочки, кружавчики, колясочки, сопливые носики-пуговки… Ну и, соответственно, весь такой мужественный спутник этой самой жизни. Утомляет!
– Хорошо, хорошо…
Она сосредоточенно продолжила вязать, иногда поглядывая на меня, а я сделала вид, что слежу за перипетиями сериала.
Кажется, я унеслась в поток мыслей, потому что не почувствовала вибрацию телефона, а только услышала голос тети Милы:
– Женечка, телефон сейчас разорвется!
Я спешно схватила мобильник с дивана и нажала кнопку «принять вызов».
– Алло.
Это был Толя. Ну, наконец-то!
– Есть новости?
– Да.
– Выкладывай.
– Твой беглец найден. Был немного напуган, сейчас вообще трясется от страха.
