Но никто пока не собирался мне звонить. Я сама не заметила, как провалилась в беспокойный сон.
Разбудил меня сработавший будильник, как обычно, стоявший на шесть утра. Я отключила раздражающую мелодию и села на кровати. Лениво потерла глаза и сбросила ноги на пол. Поняла, что я до сих пор в форме охранника, и мне стало неуютно от этого. Я спешно переоделась в свою одежду, сразу же ощутив некую уверенность в себе и комфорт.
Зайдя на кухню, я поставила чайник и решила выпить растворимый кофе. Не хотелось ждать, пока сварится натуральный напиток. Быстро насыпала в чашку две ложки коричневого порошка, залила кипятком и добавила молоко.
Аппетита не было, только кофе был мне в радость, хотя вроде картина убитого Шатина перед глазами не стояла. Ну, правда, зрелище, конечно, жуткое, но я и не с таким сталкивалась.
Я повертела мобильник в руках и решила сама позвонить Толе. Он не сразу взял трубку.
– Алло, – привычный голос Анатолия, совершенно спокойный, прозвучал в трубке.
– Привет, Толь.
– Как ты, Женя?
– Я вроде в норме. А ты?
– Ну, Жень, я все-таки мужик. Ничего, нормально, пришел в себя.
Во-от! Я вспомнила, почему в свое время я отказалась вступать с ним в отношения. Он слишком мужик. Я – тоже, но по воспитанию, образованию, навыкам. Физиологически, психоэмоционально – женщина. Но в остальном – человек очень жесткий.
– Так и что, есть новости?
– Пока нет, кроме того, что на месте преступления не было обнаружено орудия убийства. Зато отпечатков куча. Конечно же, всей команды «Сапсана». Короче, ты поняла, подозреваемых теперь немало.
– Что, отпечатки только команды? – спросила я, доверившись своей интуиции.
– Тут ты, как всегда, права, обнаружены отпечатки еще одного человека. Лаврентия Лоншакова.
Это прозвучало как гром среди ясного неба. Что? В этом замешан мэр или Глухалов? Или директор? Зато работа оперативников вызвала восторг. Когда бы они успели идентифицировать отпечатки команды, и не только команды?
– Слушай, с командой-то понятно. Ластали на выходе со стадиона и пальчики откатывали, верно? – предположила я.
Толик согласно угукнул.
– А Лоншаков откуда взялся? Он что, был на стадионе? Я не заметила…
– Поймали на выходе, – фыркнул Анатолий. – Хорошо, он меня не увидел… А ребята отработали, как и всех.
– Ага… – растерянно буркнула я и примолкла.
Ну, хоть убейте, не производит Лавр впечатления убийцы. Тем более – такого. Шприц-то еще может всандалить. Но горло перерезать?
– Ты что притихла?
– Немного шокирована.
– Отходи от шока и к часу дня приезжай ко мне в отдел, будут готовы результаты медицинской экспертизы. Заодно и допросим твоего драгоценного Лаврентия.
Я невольно усмехнулась.
– Хорошо, буду вовремя.
И Толя, по обыкновению, отключился молча.
Я сидела, барабанила кончиками пальцев по столу и размышляла. Честно говоря, было довольно-таки некомфортно. Одно дело – ожидать нападения из той или иной точки. А здесь опасность повсюду! Даже если убийца действительно Лавр, во что лично я не верю, то он явно действовал не из личных побуждений. Он выполнял приказ. Тогда чей? Директора «Сапсана» или же мэра Кружкова? А вдруг он вообще спелся с Глухаловым? И почему мне хотелось, чтобы Глухалов был в этом замешан? Наверное, исключительно личная неприязнь. Ну, вот такое чувство я испытывала к этому человеку. Это не назовешь отвращением, но мне было неприятно… само его существование, что ли.
Я тряхнула головой.
Что же, если мне только к обеду надо быть в отделе Байдина, значит, что? Есть время. Но куда-то метнуться я не успеваю. Времени осталось всего ничего. Чем бы себя занять?
Я глянула на телефон, который продолжала сжимать в пальцах.
Усмехнувшись, набрала номер.
Два гудка и голос в трубке:
– Привет. Не ожидал, что ты позвонишь.
– Я сама не ожидала, если честно.
– Как ты?
– Я в норме, просто Ваня.
– Это отлично, Женя при исполнении.
Я улыбнулась словно против своей воли. Мне была приятна эта игра во флирт с ним. Или это на самом деле флирт? Кажется, я не знала ответа на этот вопрос, как не знает ребенок, почему небо голубое. За гранью моего понимания, короче.
– Соскучилась, что ли?
– Только в том случае, если соскучился ты, – парировала я его дерзость.
– Ну, я-то точно соскучился, но не решался позвонить тебе, после того, как…
– После того, как я выгнала тебя из машины?
– Бинго! И ваш выигрыш – миллион алых роз!
Я засмеялась уже чуть более искренне.
– Спасибо, поднял мне настроение.
– А что случилось?
– Это что, не показывали в новостях? – я была действительно удивлена.
Хоть пресс-релиз-то аккуратный должны были выпустить.
Ваня на той стороне провода задумчиво замолчал на некоторое время.
– Ты про убийство Шатина, что ли?
– Да.
– А ты здесь при чем?
– Я вместе с полицией после очевидцев обнаружила труп.
– Да уж, веселая у тебя жизнь, – он ухмыльнулся, я сделала то же самое в ответ.
Повисло молчание, опять как в тот вечер в машине, но оно не было неловким.
И что же я тогда чувствовала к Лукьянову на самом деле? Привязанность? Влечение? Я не знала.
– У тебя есть какие-нибудь дела сегодня? – решилась я прервать тишину на наших проводах.
