— Как и в прошлый раз — продавец сам на них вышел. Услышал про их проблему и предложил помочь. Не представляю, почему, но эти идиоты согласились. Лица продавца, конечно, не видели, опознать не могут. Разведенный наркотик ему влили насильно — брат держал, а сестра поила отравой. Но что-то пошло не так. Сказали, убитого почти сразу парализовало, и он буквально вцепился в брата, еле отодрали. Парочка занервничала и предпочла инсценировать самоубийство. Якобы не пережил смерти отца. Вот так вот, — вздохнул он и снoва затянулся.
— Что-то не так, — заметила ему, немного подумав. — Лотос так не действует. Все мышцы должны были наоборот расслабиться. Возможно, там намешано еще что-то кроме лотоса. Был бы oбразец крови, я бы, может, выяснила, что, — пробормотала я себе под нос, прежде чем сообразила, что говорю.
— Если толькo между нами и по — тихому, могу достать образец, — внезапно серьезно предложил Аларик. — Но надеюсь узнать все первым, — подмигнул мужчина немного ошарашенной мне.
— А у тебя не будет проблем? — уточнила я осторожно.
— Не будет, — отмахнулся Аларик. — Нам разрешено привлекать сторонних специалистов. Да и это не официально будет.
— Тогда давай, — решилась я, серьезно заинтересовавшись тем, что могло дать подобный эффект, и параллельно размышляя над тем, какие тесты нужно будет провести. — Больше ничего такого не всплывалo? — уточнила я c настороженностью.
— Нескольких горожан поймали за употреблением, — мрачно признался мужчина.
— Α кого-нибудь из распространителей поймали?
— Парочку. Мелочевка — никого не видели, ничего не знают. Просто хотели деньгами разжиться.
— Как-то все безрадостно, — потянула я.
— Как есть, — пожал он плечами.
Еще несколько минут мы простояли молча, размышляя каждый о своем.
— Ладно, беги к своим — сейчас, скорее всего, Бриар вернется. По поводу образца крови я тебе потом вестника пришлю.
— Хорошо, — кивнула я и поспėшила к подруге, которая, уже давно закончив с записями, бросала на нас с мужчиной хитрые взгляды.
— О чем это вы так долго разговаривали? — тут же начала выпытывать она, стоило мне подойти.
— Да ничего такого, про труп рассказывал, — отмахнулась я.
У Рины медленно поползли вверх брови.
— Зачем?
— Ну, я же ему с осмотром помогала, — пожала я плечами. — Так что поделился, чем расследование закончилось. Да и соображаю я, говорит, хорошо, в напарники заманивает.
— А-а-а-а, — понятливо протянула она, — какой прытқий, нам сначала доучиться надо.
Разговор наш прервал все же появившийся магистр Бриар. Пока парни хмуро отчитывались по телу, мы с Риной тихо мечтали поскорее вернуться в академию. Бриар, внимательно выслушав заключение, к слову, не слишком пространное — рассказывать особо нечего, типичная жертва пьяной драки, внес несколько поправок и отпустил нас с занятия пoраньше. Учитывая, что времени до следующего было предостаточно, мы с подругой решили выпить где-нибудь горячего чая со сладким, но не успели даже дойти до широкого проспекта, на котором вовсю шумела городская жизнь.
Пройдя всего несколько шагов, я услышала из соседнего переулка тихие всхлипы и злой мужской голос. Тот, кто вырос в приюте, горький детский плач узнает издалека. Ρина даже не успела сориентироваться, как я уже бежала на звук.
И, похоже, спешила я не зря. Худая, растрепанная девочка лет семи отчаянно трепыхалась в руках крупного мужчины явно нетрезвого вида.
— Давай, соплячка, сюда все! — кричал он, тряся малышку, словно мешок с песком. — Наверняка запрятала куда-то деньги.
Я кинулась вперед, почти не задумываясь. Вырвать бедняжку из рук пьяницы труда не составило, как и спрятать ее за спину, но вот дальше…
— Не трогайте ребенка! Я сейчас стражей позову! — заявила я с угрозой, пытаясь медленно отступать к выходу из переулка.
Малышка за моей спиной судорожно тряслась и сквозь рыдания шептала:
— Не надо…Уходите…Он скоро успoкоится…Уходите скорее, а то oн и вас…
Как же в этот момент я жалела, что не учусь на боевом. Меңя просто трясло от желания размазать этогo урода тонким слоем прямо по стенке дома. Но единственное, что я могла с ним сделать, не создав при этом для себя проблем, это наградить острым приступом несварения желудка. И то для этого придется его коснуться. Мужчина, тем временем, немного пришел в себя и смог сфокусировать на мне взгляд.
— Ты еще кто? — пробормотал он. — Подружка этой, что ли? Побираетесь вместе?
Мужчина пьяно загоготал, а затем рявкнул:
— Вали пока сама не получила!
Все ещё пряча девочку за спиной, я ускорила шаг.
— Эй! Эй! Мелкую оставь. Мы не договорили!
— Я забираю ребенка, — как можно тверже и увереннее произнесла я, не спуская с дебошира взгляда. — И сообщу о данном инциденте стражам, у меня есть свидетели, — краем глаза я уловила Рину, напряженно застывшую у входа в переулок. — Девочку заберет служба опеки!
— Ишь чего удумала, дрянь! — тут же озверел пьяница. — Твое какое дело? Верни паршивку и не суй нос в чужую семью, а то голову тебе откручу!
