В бытность их прошлого возвращения из замель Амазонии, докладывая Совету что их пытались ограбить и продать в рабство на обратном пути, ни Сидор, ни никто из их группы так и не смог вспомнить имени капитана корабля, кто покушался на их имущество и свободу. Да и название самого корабля они тогда не удосужились толком запомнить, спеша смыться поскорей с берега Лонгары.
Да и потом, вспоминая произошедшее в конце лета, они посчитали что достаточно поквитались с капитаном и её командой, серьёзно повредив днище их судна, попортив такелаж и разграбив корабельное имущество.
Да и забылась для него та история со временем. Поэтому, когда Сидор заметил среди прибывшей делегации хорошо знакомое лицо, он только по смертельной бледности, на миг покрывшей её лицо, и смог догадаться, что та история только для них тогда благополучно закончилась, а вот для этой амазонки всё ещё далеко не кончилось.
Не было срока давности в этих местах на подобные преступления. И вот за то, что Сидор тогда промолчал, теперь она ему косвенно и указывала на того, кто был главным инициатором этого их незапланированного визита, видимо надеясь хоть как-то отблагодарить его за молчание.
Видимо Сидор и вся их компания были на серьёзном подозрении у амазонок, и поэтому появление их здесь, на берегу заболоченного речного залива, было далеко не случайным.
По крайней мере взгляд, искоса брошенный в его сторону, яснее ясного сказал ему, что она именно это имеет ввиду, о чём и старается предостеречь.
— "Однако, — пронеслась у него в тот момент озадаченная мысль. — Это что же, у меня теперь персональный агент появился в среде амазонок?"
Как бы ни было ему приятно думать подобным образом, но он поспешил откинуть эту мысль, пообещав себе потом вернуться снова к ней и тщательно обдумать и её, и все вытекающие из этого преференции. Тем более что поведение Головы навевало на весьма нехорошие мысли. Выходило, что это именно он заложил их амазонкам, что косвенно подтверждало и его сегодняшнее появление.
Если бы сегодня в этом заболоченном заливе обнаружили стоящие на приколе у Речной Пристани ворованные ушкуи, положению Компании Сидора с друзьями никто бы не позавидовал. И хорошо если бы он отделался одним только крупным штрафом, как скупщик краденного и возвратом краденого имущества. Но ведь амазонки могли потребовать и выдачи их всех на правёж в Речную Стражу, чтоб узнать кто был инициатором воровства и выявить всю цепочку, приведшую к потере амазонками пяти новеньких, дорогущих ушкуев. А вот в этом случае, ни за шкуру Сидора, ни за шкуры всех его товарищей, никто бы в таком случае не дал бы и ломаного гроша. Из пыточных подвалов Речной Стражи не возвращались. Никто и никогда.
Правда, в городе Старый Ключ никто и никогда не выдавал амазонкам своих жителей, но кто его знает. Как говорится, всё когда-нибудь бывает в первый раз.
Ну а то, что в этом случае их компанию обложили бы чудовищной, неподъёмной контрибуцией, в пользу и самого города и амазонок, так это и к гадалке не ходи.
Одним словом, со всех сторон появление здесь проверочной комиссии из города, якобы на пикник, ничего хорошего им не сулило.
Только вот, облом вышел. Непонятно только было, у кого он случился. У амазонок, или у Городского Головы, который в таком случае весьма серьёзно бы поживился на распродаже конфискованного имущества компании.
Одним словом, со всех сторон в этом деле ясно и определённо торчали уши городских властей, надеявшихся видимо серьёзно поживиться их разросшимся за последний год имуществом. И если вчера ночью они бы не отправили на озёра последний ворованный ушкуй, то сейчас бы Сидор с Корнеем не стояли с самым невинным видом, и не произносили бы тосты в честь прекрасных амазонок, высоко подымая бокалы со сладким миленским вином. Да и не показывали бы демонстративной радости от этой нечаянной встречи с прекрасными амазонками.
Глядя вслед последнему скрывшемуся в густых приречных кустах всаднику гостевого кортежа, Сидор с откровенной злобой на лице повернулся к стоящему рядом Корнею:
— Ну? Ты что-нибудь понял?
— Голова, с-сука, заложил, — тихо проговорил Корней, глядя в сторону скрывшихся всадников каким-то нехорошим, злым взглядом. — Узнаю, кто ему стукнул, удавлю!
— А не думаешь, что это была операция собственно городских властей? Попытка нашего разорения и поживы за счёт наших активов?
— Не думаю, — хмыкнул Корней. — Это больше похоже на то, что они попробовали в последний момент "оседлать волну", как говорят моряки. Да, как видишь, ничего у них не вышло, — мстительно добавил он.
— Но они попытались, — задумчиво проговорил Сидор. — И уверен, будут делать это и впредь. И так раз за разом, пока нас не разорят.
— Думаешь? — посмотрел ему прямо в глаза Корней.
— Уверен, — тихо ответил Сидор.
То, что Сидор совершил буквально через два дня, потрясло всех в их компании до глубины души. Такого, никто даже предположить не мог.
— Ты, Сидор, идиот или где?
