Получалась новая, огромная империя, по территории сравнимая с Северо-Запаным герцогствои или береговым Торгово-Промышленном Союзом Запада. Подгорное княжество становится им реальным конкурентом.
И за такой куш стоило побороться.
Следовало лишь хорошенько подготовиться к подобным переменам, чтоб не лишить себя в будущем маленьких радостей.
Отомстить своей в прошлом самой лучшей подруге, а теперь жене ненавистного ей бродяги, нищеброда Сидора, это было то, что ей в этот момент хотелось больше всего, хоть та фактически вообще была ни при чём.
Княжна прекрасно была осведомлена о стеснённых обстоятельствах баронессы и об её проблеме со своими охамевшими управляющими, не желающими платить баронству налоги и отдавать доходы с её поместий. Род ослаб, практически вымер. Назначенные когда-то её отцом управляющие в многочисленные поместья постепенно стали набирать всё больше и больше воли и отсылать ей доходов с поместий всё меньше и меньше.
— "Что ж, дорогуша, лучше надо следить за своей собственностью, и за собственными управляющими, а то ведь можно и совсем остаться без всего" — княжна мстительно прищурилась.
— "Ну а после того как она разберётся со своей бывшей подругой, стоит заняться и своим бывшим женихом. А заодно и с Империей, — жёстко подумала она. — И пока у Императницы есть в ней нужда, то Империя полностью мне компенсирует все мои мнимые и настоящие потери".
В этот момент княжна даже сама не понимала насколько сильно за последние дни она изменилась.
Отбытие Великого Торгового Посольства Подгорного Княжества из столицы Империи славного города Сайлон, прошло как-то незаметно и буднично. И это, несмотря на столь триумфальное подписание Большого Торгового Договора между их странами. Ликующих толп провожающих не было. Впрочем, как и любых других. Честно говоря, не было вообще никого. Казалось, город вымер.
Даже из новых знакомых княжны, вчера ещё лучших друзей, никто не пришёл на пристань проводить отбывающую княжну.
Было полное впечатление, что никому до них не было никакого дела, что было в общем-то странно. До этого момента княжна полагала что она обзавелась в столице кучей хороших знакомых, если не сказать друзей, которые уж по всякому должны были прийти на пристань и помахать на прощание ручкой.
Как оказалось, она ошибалась. И отсутствие знакомых на пристани был дурной знак, не смотря на весь казалось бы успех своего посольства, как она до сего момента думала. Внезапное охлаждение отношений настораживало.
Княжне, до которой после ночного разговора с Императрицей и особенно после настойчивых требований капитана её личной охраны поумерить свой пыл по скупке награбленного, стало постепенно доходить, что она слегка переборщила со своими аппетитами по присвоению безхозного имущества разгромленных кланов.
Теперь все, занимавшиеся в столице Империи этим делом, чуть ли не в один голос твердили ей, что им следует как можно скорей убираться из столицы. Буквально немедленно! Дабы уже имперская госбезопасность, последнее время всерьёз заинтересовавшаяся посольством, не поставила жирный крест и на самом посольстве, и особенно на некоторых её членах. Не исключая и саму княжну.
В отличие от западных баронств и княжеств, у имперцев не было пиетета перед титулами. И им было без разницы кого тащить на кол, князя или княжну, дворянина или его серва. В этом вопросе они были удивительно неразборчивы.
После этих слов, княжна с ужасом начала вспоминать некоторые неясные моменты во время приёма у Императрицы, показавшиеся ей тогда странными, и все те дни подспудно преследовавшие её. И пока готовилось отбытие посольства, и когда получались подписанные обоими сторонами договора, смутно беспокоившие её.
Ей вспомнились все намёки и недомолвки Императрицы, на которые она тогда не обратила внимания или над которыми в тот момент мысленно посмеялась. И которые теперь со всей очевидностью буквально кричали ей немедленно убираться.
Убираться из столицы, пока не стало слишком поздно и Императрица не передумала.
Теперь она уже княжне не казалась молодой и глупой. Теперь уже княжна саму себя считала чуть ли не сопливой ссыкухой, погнавшейся за мелочной прибылью и чуть не подставившей под удар успех всей торговой миссии княжества. Теперь ей становилось предельно ясно, что лишь чудо, лишь сильная заинтересованность Императрицы в разгроме новообразованных кланов с людьми во главе, лишь её обещание заняться ими вплотную, лишь это позволило ей сейчас безпрепятственно покинуть столицу Империи.
Только сейчас она наконец-то соизволила вспомнить историю взаимоотношений людей с ящерами на континенте. Вспомнила, что ранее в прошлом не раз так и бывало, когда иные, слишком нагло себя ведущие торговые посольства, так никогда и не возвращались обратно домой.
А какая-то наследная княжна, если судить по любым меркам, совсем небольшого северного княжества — это совсем не тот повод, чтоб в случае её смерти или пропажи, затевать какую-либо войну с целой Империей.
