Сидор замолчал, мрачно уставившись на сердито сопящего Корнея. Несколько минут в палатке стояла тишина, никем не нарушаемая.
— Всё сказал? — первым нарушил молчание Корней. Не дождавшись ответа, продолжил:
— Да! В результате этой сделки у тебя сорвались все твои планы по оснащению твоих лесопильных мельниц самым новейшим, самым эффективным, самым, самым, самым оборудованием и всё такое прочее. Но Генрих в результате этого заработал семьсот тысяч!
— И теперь он на эти деньги может снарядить собственную армию и серьёзно повоевать…. Знаешь с кем? — прищурив глаза, он внимательно посмотрел прямо в глаза Сидора. — С нашей незабвенной подругой княжной Лидией Подгорной, его бывшей невестой, а точнее с Подгорным княжеством и правящими там Подгорными князьями. И этим он отвлечёт её внимание от нашего города и от нас лично.
— И от твоего баронства, расположенного в тех краях, между прочим.
— Моего? — ахнул Сидор. Захотелось швырнуть в Корнея чем-нибудь тяжёлым. Такой подлянки он от него не ждал.
— Ты вообще знаешь что здесь творится? — продолжал разоряться Корей, не заметив опасно сузившиеся глаза Сидора. — Здесь, на границе герцогства с землями амазонок и там на Стрые?
— Ты знаешь о планах Подгорных князей захапать под свою пяту всё течение реки Северный Стрый и все прилегающие к её берегам земли.
— И земли твоего баронства в том числе, — снова, чуть ли не прямо в лицо сердито ткнул он в Сидора пальцем.
— Моих? — слабо, одними губами прошептал Сидор, неверяще глядя на Корнея.
— Ты думаешь нам амазонки помогают за деньги? — продолжал тот.
— Как бы не так! Деньги конечно играют свою роль, но они не главное. Главное — срыв экспансии Подгорных князей на завладение землями вдоль всей реки. Главное — не дать им осуществить свои планы. И амазонки не хотят чтоб на пустынных землях в верховьях правобережья Северного Стрыя появились пограничные стобы Подгорного княжества. Не хотят чтоб эти земля заселяли холопы Подгорных князей.
— А они появятся, если сейчас не дать князьям по рукам. И сделает это Генрих.
— Он герой! Под его знамя встанет любой из всех здешних рыцарей.
— И ему не нравится политика Подгорных князей.
— И он не допустит поглощения своего баронства Подгорным княжеством.
— И теперь у него есть для этого деньги.
— Наши деньги, — хрипло каркнул Сидор злым, осипшим голосом. — Наши деньги!
— Наши семьсот тысяч, которые МНЕ нужны. Мне, а не ему, — вскипел возмущённый Сидор. — И мне, лично мне на весь этот Стрый глубоко наплевать. Пусть воюют. С кем хотят и как хотят.
— Но за свои деньги! — заорал он.
— За наши, — невозмутимо кивнул головой Корней. Вспышку Сидора он снова равнодушно пропустил мимо ушей. — Но ты не думай, Генрих не бывает неблагодарным. Ещё будет время и нам уже он поможет, подожди только.
— Ждать?! Чего ждать? Сколько ждать? — сердитый Сидор враждебно смотрел на Корнея.
Молча сидящий рядом Паша от звука его голоса вжал голову в плечи и совсем затихарился. Встревать в чужие разборки у него не было ни малейшего желания. Такого злого, белого до синевы Сидора он ещё не видел. И, честно гворя, видеть совершенно больше не хотел.
— Сколько надо, столько и будем, — раздражённо огрызнулся Корней.
— Вместо того чтобы ныть здесь над растратами, лучше смотался бы в город за деньгами. Очередную партию лошадей бы отвёз, раз так срочно надо, а заодно и посмотрел бы как там на реке. Так ли уж всерьёз зашевелились амазонки.
— Да и эти, — поморщился недовольно он, — нанятые вами лодьи, пусть возвращаются. Теперь уж чего там, — ухмыльнулся он. — Теперь о скрытности можно не безпокоиться. Все кто нам нужен уже на левом берегу. И у меня две тысячи душ моих курсантов. А с ними я тут в случае чего такого наворочу, — хищно ухмыльнулся он. — Мне теперь сам чёрт не страшен.
— Да и мальчикам моим нужна практика, — мрачно ухмыльнулся он. — И не только лошадиная. Хорошо бы ещё чтоб они и железками своими помахали. Зря что ли я всю зиму гонял их до седьмого пота.
— Я собью это разношерстное стадо в железный кулак!
Хищно оскалясь, Корней сжал свои пальцы в здоровенный кулачище и медленно покачал его перед своим закаменевшим, злым лицом.
От его былого веселья не осталось и следа. Теперь напротив Паши с Сидором сидел матёрый волк, собравшийся испытать своё войско в бою и от этого своего намерения отступать не собиравшийся.
— Мужики, — внимательно посмотрел он на них. — Серьёзно говорю. Вы мне здесь больше не нужны. Даже мешаетесь со своими лодками.
— Забирайте всех этих купцов и проваливайте отсюда. А я уж дальше пойду берегом.
— Попытаю счастья, — хищно оскалился он.
— Добро! — необычно довольный Паша согласно кивнул головой. — Ты прав. Берём лошадей и пытаемся прорваться.
— Если зашевелившиеся амазонки на реке действительно нас ищут, и прорваться не получится, то возвращаемся, сгружаем тебе обратно забранных лошадей и двигаем дальше вниз по реке. Пошумим там чутка. Раз уж так дело пошло, пусть думают что мы все где-то там, в низовьях, скрываемся в протоках.
— Если получится, всё какое-то время вам на перегоне будет поспокойнее.
