— А ведь у тебя, наверняка должны быть где-то изрядные капиталы припрятаны, — неожиданно вступил в разговор Паша, с интересом наблюдавший за их разговором. — Ну не может такого быть, чтобы у такой как ты женщины не было закопано парочки, другой кладов, — поглядел он на неё заинтересованно. — Особенно учитывая твои делишки с продажей имущества пассажиров, с чем Сидор недавно мне тут толковал. Может, тебя попытать чуток, на дыбе, — прищурив глаз, внимательно посмотрел он на неё.
— Пытай, — безразлично передёрнула плечами Тара. Сердце её в какой-то момент пропустило удар. На дыбу не хотелось. — Может, чего и получится.
— Ну нет, — поморщился недовольно Сидор. — Пытать тебя себе дороже. Нам потом Корней голову оторвёт, когда о подобном узнает. Воинское братство. Палачество…, - покрутил он в воздухе пальцами. — И всё такое, — тяжело и обречённо вздохнул он. — В общем, тяжёлый моральный случай и полное отсутствие специалистов в данной области. Да и желания нет ни малейшего. Противно-с, понимаете ли.
— А знаешь что, — проговорил он, задумчиво на неё глядя. — А иди ка ты…, - Сидор целое долгое мгновение молчал, задумчиво глядя на Тару, -…. к себе, домой. По добру, по здорову. Зла на тебя мы не держим, как ни странно. А то, что ограбить нас пыталась в своё время, так не получилось же. Да и давно это было, уж позабылось как-то. И если ты дашь слово, что девицы твои дадут нам возможность спокойно добраться домой, и не будут лезть в драку, пытаясь тебя освободить или отомстить, то мы тебя отпустим.
— Отпускаем мы тебя. Просто так, без выкупа. Понятно?
— Ну так как? — с любопытством посмотрел он на неё. — Дашь слово, что против нас не будешь зла умышлять?
— А если не дам?
Судя по растерянному взгляду Сидора о таком ответе он как-то не подумал.
— Хорошо, — медленно и тягуче выговаривая слова, протянула Тара, задумчиво окинув их чуть прищуренными, насмешливыми глазами. — Даю вам слово, вам двоим, что никогда и нигде, ни при каких обстоятельствах не буду против вас зла умышлять, пока вы не доберётесь до дома. Ни словом, ни делом. — И настороженно замерев, уставилась на них внимательным взглядом своих стального цвета невозмутимых глаз.
— Только ты, мужик, должен знать, что обещать я могу только за себя, а за других ничего сказать не могу. Я человек подневольный, начальство прикажет, буду делать то, что прикажут.
— Ты хоть что-то сама можешь гарантировать? — вяло поинтересовался Паша.
— Могу обещать, что сейчас вас не тронут, — нехотя откликнулась Тара. — Пока не дойдёт до верха. А потом, — она неопределённо пожала плечами, — уже нет. Дальше я уже никак не смогу объяснить собственную пассивность.
— Может быть, я и ошибаюсь, — тяжело вздохнул Сидор, переглянувшись с неуверенно пожавшем плечами Пашей, — но уж лучше ошибиться, не убивая, чем брать грех убивства на свою душу.
— Иди уж, — ещё раз тяжело вздохнул он. — Я предупрежу ребят, чтобы вернули тебе твоё оружие, если его ещё не растащили по котомкам или не выбросили за ненадобностью, да чтоб высадили вас с княжной где-нибудь там, поближе к вашим землям.
Не дождавшись ответа, он обречённо махнул на неё рукой, как на безнадёжную.
Однако, чтоб он сам ни думал, большинство команды не разделяло человеколюбия ни Сидора, ни Пашки, и в достаточно резкой форме высказали обоим своим начальникам, всё, что они о них думают.
Тем не менее, никто не стал вмешиваться в их действия. Хоть и нехотя, но дали погрузиться в ялик и Таре, бросив её потом на воде, недалеко от Рвицы. Уж больно было опасно отдаляться от своих берегов, несмотря на обещания Тары не злоумышлять против них.
И ещё Сидора никак не оставляло навязчивое воспоминание, к которому постоянно возвращала его память. Слова. Сказанные Тарой в дверях каюты слова, когда она уже покидала её.
— Убей её, — тихо проговорила Тара, останавливаясь возле закрытой двери и не глядя в его сторону.
— Кого? — растерявшись от неожиданности, тупо переспросил Сидор.
— Убей княжну.
— Не могу, — тяжело вздохнул Сидор. Со странным выражением лица он удивлённо глядел на неё. — Я слово дал, что отпушу и что ей ничего не сделаю.
— Никто кроме меня его не слышал, — угрюмо буркнула Тара. — Все кто его слышал уже на дне.
— Про слово забудь! Убей! Убей сейчас, когда можешь. Потом может такого случая и не представиться.
— Нет, — набычился Сидор. — Я дал слово и собирюсь его сдержать, даже если эта дура взялась охотиться за моей головой.
— В конце концов ей когда-нибудь это надоест и она отстанет. А до того часа я уж как-нибудь от неё отмахаюсь, — усмехнулся он. — В конце концов в наш город она не суётся и ладно, — брезгливо поморщился он.
— А с чего ты решил что не сунется?
Не дождавшись отклика от удивлённо глядящего на неё Сидора, Тара с кривой усмешкой продолжила:
— Или ты собрался всю жизнь просидеть у себя в городе?
Тара с искренним сожалением в глазах смотрела на растерявшегося от неожиданности Сидора.
— Нет, но…, - замялся тот.
— Ну-ну, — тихо проговорила амазонка, отворачиваясь. — Ты сам выбрал.
