Пьяные были, — недовольно пояснил он на удивлённый взгляд Димона. — Когда везли в лазарет нечаянно уронили и то ли ногу носилками неудачно придавили, то ли лошадь копытом наступила, я не выяснял. В общем тогда-то ему ногу нечаянно и сломали.
А может и не сломали, — вдруг задумался он. — Может просто отдавили, — в глазах его, задумчиво глядящх на Димона был самый искренний, неподдельный интерес.
— "Идиот, — удивлённо подумал Димон, неверяще глядя на него. — Он что, совсем тупой? Это всё, что его интересует?"
— Там у них ничего не поймёшь, — продолжал с самодовольным видом вещать Старшой. — Бормочут что-то каждый своё. А-а! — раздражённо отмахнулся он от всё более и более внимательно слушающего его Димона. — В результате, вместо этого гонористого придурка с его группой, теперь я тащусь в эту вашу дыру, кормить комаров и бегать от амазонок наперегонки с дикими ящерами. Да ещё со сборной солянкой из случайных людей, вместо настоящей боевой группы Кудрявого, которая отказалась отправляться на задание со случайным командиром. Со мной, то есть, — раздражённо чуть ли не прорычал Старшой.
Единственное что мне от них досталось — лишь четыре фургона с лошадьми. Да и то лишь потому что они уже были здесь, на Правобережье. Будь иначе, пришлось бы мне самому заниматься доставкой других фургонов сюда, — недовольно проворчал он. — А это какой-же геморрой.
— "Что-то мне это не нравится", — Димон молча отъехал он раздражённого, брыжжущего слюной, сердитого Старшого, продолжавшего что-то и дальше рассерженное вещать уже ни к кому конкретно не обращаясь.
Интерес к нему у Димона враз пропал.
Всё ему стало ясно. Они были смертники. Их группа не должна была вернуться. Не верил он в такие совпадения. Уж слишком личность старшего ведуновской группы была неподходящая. Да и случайно, ноги накануне такой важной экспедиции не ломаются, и ни лошадьми, ни санитарами потом не оттаптываются. Тем более не сразу, а повторно. Не получилось с падением, так преднамеренно потом сломали.
Да и не посылают группы со случайно подобранными людьми на столь ответственное и важное мероприятие. В ТАКУЮ ВАЖНУЮ экспедицию!
Что всё это так, Димон ни минуты не сомневался. Во что, во что, а в собственные предчувствия он верил безусловно. Тем более что они ещё никогда его не подводили. Вот и теперь ему надо было решить, как себя вести. И в первую очередь надо было решить что делать с Ведуновской группой. На кого из них можно было положиться, а кого и следовало нейтрализовать.
В то что внутри этой сборной солянки из случайных людей нет казачка засланного, приставленного за ними наблюдать, причём неизвестно с какими целями, он не верил абсолютно.
Причём и формы нейтрализации в данном случае, он допускал самые разнообразные. Свою шкуру он любил и берёг, и готов был защищать её любыми средствами и любым способом.
Негромко насвистывая какой-то пустой весёлый мотивчик, отчаянно фальшивя, Димон с внешне совершенно равнодушным видом подъехал к старшему своего десятка Витьку, и негромко, так что его мог слышать только десятник, весело улыбаясь, тихо приказал:
— Слушай Витёк приказ.
Ночью спать вполглаза. За ведуновской группой следить в оба глаза. Обо всех странностях в их поведении докладывать немедленно. О любых, самых незначительных изменениях в маршруте докладывать незамедлительно. Вплоть до того, что если у кого из них окажется пуговица не так пришита — доложить. Гадить один пошёл за кусты проследить. Пропал с глаз — найти. Ясно?
— Думаешь….
— Витя! Я не думаю! Я знаю! Нас будут убивать. Когда и как пока не скажу, не знаю. Но будут обязательно. Или те же амазонки, или местные ящеры.
Группа Ведуна обречена и не должна вернуться. И мы вместе с ней.
— Ты хочешь сказать…, - недоверчиво посмотрел на него Витёк.
— Да, — жёстко отрезал Димон. — Кто-то в их группе должен держать всё на контроле.
Кто-то один, не более. Больше просто не надо. Вопрос — кто?
Старшой их отпадает — глуп. Прямой как рельса и такой же тупой. Проболтался о таком, о чём должен был молчать наглухо.
Зам его, Игорёк Цепкович? Не знаю, не знаю. Простоват что-то. Хотя, мутный он какой-то. Вполне может быть кто-то другой из основного состава группы, такой же как и Игорёня, невзрачный. Некая тёмная лошадка. Но кто? Сейчас не определишь.
А может я неправ, и нет никого, — задумчиво пробормотал Димон. — Могли просто стукнуть амазонкам, что некая группа рыскает вблизи их границ на ничейных территориях. Ищут что-то интересное. Они и сунутся полюбопытствовать, что эти ребятушки тут делают, зачем пришли.
А там, глядишь, и безпокоиться больше не о ком будет. Разъезды то у них — самое малое полусотня стрелков.
Нам за глаза хватит, — сразу помрачнев, хмуро буркнул он. — Мало нас.
Но пока что нас проносит.
Пока что мы внимания к себе ничем не привлекаем, слишком уж издалека подобны всем здешним жителям. А близко мы ни с кем пока не пересекались. И дальше постараемся так же, не пересекаться. Так что, думаю, можем и проскочить.
