Шасси коснулись бетонной полосы, и самолет подскочил от резкого касания. Пожарные и глухой фургон рванулись к предполагаемому месту остановки. Крис вскочил за руль Форда, и Брюс дернул Мелисенту за руку, втаскивая в машину. Они сорвались с места, оставив недовольную миссис Браун и ее встревоженного супруга дожидаться развития событий в одиночестве.
Дакота подпрыгнула еще пару раз, и Мелисента стиснула зубы, пытаясь не показать страха, сковавшего ее ледяной коркой. Самолет выровнялся и покатился, замедляя ход, в открытое окно Форда донеслось довольное ровное урчание сбавляющих обороты двигателей. Мелисента уткнулась в плечо контр-адмирала, и всхлипнула, и сильная мужская рука прижала ее к широкой груди отеческим жестом.
- Ну-ка, девочка, отставить слезы, - улыбнулся МакГи, которого тоже только что отпустил страх, - у вас будет минуть пять, не больше. Не стоит ему показываться с красным носом.
- Спасибо, - шепнула Мелисента, выравнивая спину, - спасибо за все.
С трапа Войцех, как и подобает командиру экипажа, сошел последним. Сгорающая от нетерпения Мелисента бросилась ему на шею, пачкая белую блузку о заляпанный масляными пятнами голубой свитер, снимая губами налипшую на лице пыль и гарь.
- Прекрасная моя, - Войцех покрывал поцелуями веки, щеки губы, одновременно срываясь на торопливый шепот, - родная, любимая, хорошая моя… Прости. Я обещал, что не оставлю тебя, и опять…
- Ничего, - Мелисента напустила на себя притворно строгий вид, - я привыкну. Лет через сто – наверняка. Думаю, ты неисправим, так что и прощения просить не стоит. Все равно «больше будешь».
- Буду, - виновато покачал головой Шемет, - что со мной поделать…
Он поглядел на Фьялара, уже махавшего ему рукой от двери фургона.
- До вечера, прекрасная моя, - Войцех с трудом оторвался от девушки, - я знаю, что сегодня ты будешь самой красивой невестой за всю историю Лас-Вегаса.
- А мы точно женимся? – рассмеялась Мелисента. - Смотри, не опоздай.
- Даже если Шабаш и Ассамиты в полном составе попытаются меня остановить, - усмехнулся Войцех, - я буду вовремя.
- Я не понимаю, - сердито заявила миссис Браун, наблюдающая за облачением своей дочери в свадебный наряд, - к чему жениться в Лас-Вегасе, если вы собираетесь всего лишь подписать бумаги в муниципалитете? Я надеялась, что вы будете венчаться в церкви. Твой Войцех ведь, как его там? Поляк? Он католик, я надеюсь?
- Мама, - усталым голосом ответила Мелисента, - я уже сто раз говорила. Он литвин. И атеист. И мы собираемся совершить самую официальную из всех возможных гражданских церемоний. Чтобы нигде и ни у кого не возникло вопросов.
- Как ты можешь так спокойно относиться к тому, что он атеист? – в тоне матери проскользнули истерические нотки, - Ты просто обязана ежедневно убеждать его…
- Его ни в чем не надо убеждать, - вмешалась Делия, помогающая Мелисенте зашнуровать тугой корсаж, - он не верит, он точно знает. Как и Мелисента, впрочем. Уж кому знать, как не ей.
Миссис Браун поджала губы, но промолчала. Эта темнокожая девица, почему-то, внушала ей безотчетный страх. И спорить с ней хотелось не больше, чем с ее мрачноватым и низкорослым мужем. Хорошо хоть, что желание немедленно сделать реверанс и спросить «Чего изволите?» возникало только в присутствии самого мистера Бруниссона, и на миссис Бруниссон не распространялось.
Мелисса решила сменить тему. Она с недовольством оглядела платье, и саркастически скривилась.
- Это вообще откуда? В этом сезоне в моде кружева и открытые плечи. Никаких стразов и бисера. Даже Дольче и Габана…
- Это Анжела Келли, - сверкнула белоснежными зубами Бранка, - Мелисенте повезло – в мастерской нашлось три свободных дня. А вот портнихам и вышивальщицам – не очень. Они сутками там сидели, в полном составе.
- Ты хочешь сказать, - со знанием дела заявила Мелисса, - что это вообще какая-то портниха шила? Это не дизайнерское платье? От этого скупердяя ничего другого ожидать не следовало. Я еще не видела столь малолюдной свадьбы.
- Анжела Келли – личная портниха королевы Англии, - рассмеялась Бранка, - и это не стразы и бисер, миссис Браун. Это бриллианты и жемчуг. Но вы, конечно, правы. Шемет на этом платье не разорился. Миллионером не стал, это точно.
Мелисса Браун ловила воздух раскрытым ртом, пока Делия и Бранка водружали на голову невесты пышную фату из шелкового кружева ручной работы. Венок из белоснежных роз – от флердоранжа Мелисента категорически отказалась, заявив, что это выставляет ее жениха в двусмысленном свете – венчал прелестную темноволосую головку. Пышные рукава доходили до локтя, кринолин подчеркивал затянутую в расшитый жемчугом корсаж тонкую талию, сапфировые сердечки бриллиантовых цветов перекликались с цветом глаз. Мелисента выглядела принцессой, но не той, что в Грезе, - она словно сошла со страницы роскошно иллюстрированной детской сказки о счастливой избраннице прекрасного принца.
- Войцех будет в восторге, - удовлетворенно кивнула Делия, оглядывая законченную работу.
И даже миссис Браун пришлось с этим согласиться.
