Провожал и Юрий с рукой на перевязи. Он робко передал привет Наташке, и, учитывая его ранение, Ермилов не послал его подальше с этими коварными приветами.
Демченко еще не вышел из больницы. Ермилов навестил его там накануне отъезда. Влад выглядел осунувшимся, но бодрым. Он стал злее и решительно отверг предложение применить к нему программу защиты свидетеля со сменой установочных данных и места жительства, чтобы сбить со следа англичан, которые наверняка захотят довести дело до логического конца. До конца Демченко.
Ермилов не исключал, что в скором времени Влад снова обзаведется нелегальным оружием и сможет себя защитить. Впрочем, Олег не рассчитывал на хороший исход его дальнейшей судьбы. Демченко выглядел человеком обреченным. От былой самоуверенности, от парня, загорелого, в спущенном с плеч гидрокостюме, как на той фотографии, не осталось и следа. Деньги, которые он так рвался заработать, быстрые и большие, остались в бухгалтерии MI6. Они с ними расставаться не спешат. Да и получила ли Алена хоть что-то? Если и получила, то после ее смерти с кредитных карт все наверняка исчезло.
Оставшихся в живых участников подрыва «Северных потоков», украинцев, используют для запасного варианта, чтобы раз уж не получилось списать вину на русских, то хотя бы замести следы. Истинные виновники диверсии останутся в тени.
«Война накрыла нас всех черным покровом. Граната в мирном городе — часть этой войны. А Филипчук — один из множества героев, и не важно, что не на фронте, не на передовой…» — думал Ермилов, глядя в окно на раскручивающуюся в обратном направлении дорожную киноленту «Крым — Москва».
Через несколько месяцев после командировки в Крым, весной 2023 года, Олег Ермилов узнал о том, что СБУ задержала в Тернопольской области полковника Романа Черкасского, обвинив его в провале операции по вербовке российских летчиков, якобы это плод его самодеятельности и он не согласовал ее с руководством. Забыли, как видно, что он ее согласовал не с руководством ГУР МО Украины, а с британской MI6 и ее представителем Гинчевым.
Ермилов решил, что именно теперь, почти через год после проваленной операции, Черкасского не стали бы арестовывать за давнюю оплошность, гораздо большая вина его была в провале агентурной сети во главе со Стеценко, куратором которого и был Черкасский, неудачном подборе кандидатур для диверсии на газопроводах. А в связи с этим из-за невозможности раскрутить на должном информационном уровне в СМИ операцию «Северные потоки» с громкими обвинениями русских в подрыве собственных газопроводов.
А еще через год, в августе 2024 года, Германия начала выдавать ордера на аресты по делу о «Северных потоках». Один из пловцов, узнав об этом, сбежал сперва из Германии в Польшу, а затем на Украину — там для него в самом деле безопаснее под прикрытием ГУР, если они сами же его не сдадут по договоренности с англичанами.
В том же августе МИД России с подачи контрразведки, предоставившей более чем исчерпывающие факты разведывательной деятельности под прикрытием дипломатической работы, выслал из страны шестерых английских сотрудников посольства Великобритании, лишив их аккредитации.
Разведчица Дейвенпорт, та самая, о которой майор Стремнин из ГУР МО узнал от Гинчева, накануне своего отъезда побежала инструктировать юристов, занимающихся вопросами миграции, и деятелей из «Гражданского содействия». Война продолжалась — и на политическом фронте, и на поле боя…
