Все так стремительно происходило, а в голове – сплошное безобразие из мыслей и сумбур, что вот прямо здесь и сейчас выдавать гениальные мысли по спасению…
– Мегамозг, заблокируй проем! Заплаткой или зарасти! – заорал Кроули, усаживаясь на полу и вытирая с лица кровь.
Я чуть не завизжала от радости, когда созданный призраками проем успешно «зарос», а ведь мне и в голову не пришло, что раз она способна становиться прозрачной, значит, ею можно и по-другому управлять.
– Стена! Пусть поставит им еще стену, – срывающимся голосом прохрипела Ульянка, на миг обернувшись ко мне, останавливаясь под тем местом, над которым замерли черные призраки, явно собравшиеся что-то предпринять.
На любые возможные опасности ей было плевать, она судорожно осматривала пространство, пытаясь сообразить, как добраться до Глеба. Ох и боевая ему подруга досталась! Я заразилась ее отчаянным азартом и уверенностью! Правда, всего на пару мгновений, потому что пятеро феранцев чем-то шарахнули по «заплатке» у потолка и пробили дыру. А земляне, сгрудившиеся снизу, невольно присели и закрылись руками от разлетевшихся осколков.
– Глеб! – приникнув всем телом к стене и протягивая вверх руки, закричала Ульяна, а затем прорыдала мне: – Ира, ну сделай что-нибудь! Чего ты стоишь?! Я прошу тебя!
Забыв о том, что могу отдавать приказы мысленно, срывая связки и задрав голову, чтобы следить, как все ближе к цели подбираются феранцы, я заорала:
– Мегамозг, заращивай дыру снова и снова, если потребуется! И стену толще сделай. Нет, сделай ее в пять раз толще! Не дай им уйти, прошу тебя, Мегамозг!
И симбионт послушно заделывал дыры и утолщал стены. Мы все видели этот толстый пласт, возникавший как по волшебству, но феранцы оказались упорными и крайне настойчивыми. Снизу было не разобрать, но очередной вспышкой они пробивали новую дыру и вновь устремлялись к спасительному проему. Я чуть не выла, осознав, что опаздываю, еще чуть-чуть – и Глеба украдут.
Неожиданно по «призракам» ударили из арбалетов. Это очухавшиеся земляне снова включились в бой, но метко стрелять, да еще на бегу, не научились, поэтому болты, ударяясь о стены рядом с огромными фигурами феранцев, с искрами отлетали, не задев их. Конечно, все боялись задеть и Глеба. Но наши парни создали заминку, благодаря которой Глеб с такой силой забился в своих путах на плече великана, что тот не удержал равновесие и сорвался вниз…
На миг мы с Улей буквально захлебнулись в крике ужаса, ведь высота от потолка до пола метров двадцать, не меньше. А феранец… как заправский человек-паук, выпустил из браслета очередную светящуюся струю, которая, зацепившись за стену, затвердела. Он повис, раскачиваясь, но надежно удерживая драгоценную ношу – нашего Глеба. Феранец бросил быстрый взгляд сначала на своих, потом вниз, на нас с Улькой.
– Отдай его! – умоляла сквозь слезы Ульяна, протягивая к нему руки.
Сквозь застилавшие глаза слезы я с не меньшей мольбой прохрипела:
– Отдай, пожалуйста…
Тщетно. Через пару секунд спутники настойчивого феранца добрались до него, забрали Глеба и с добычей поперли вверх. А вот этот великан продолжал висеть, но не беспомощно, а с угрозой наставляя на нас посох, тем самым предупреждая: очередная выходка – и начну отстрел, позволяя своим со связанным Глебом безопасно добраться до проема. Глядя на зловеще светящийся наконечник посоха, мы с Улей невольно пятились, но не наши храбрые мужчины, они стреляли по похитителям, пытаясь отрезать им путь к дыре. Дальше мы опешили: оказалось, что оружие инопланетян способно генерировать защитное поле, которое отражало наши средневековые арбалетные болты, совершенно бесполезные в этом бою. Я поняла, что черные воины, впятером легко справившиеся с пятнадцатью землянами, при этом лишь чуть задев их, старательно избегали кровопролития.
Мы оказались на порядок, а может и два слабее: украсть у нас Глеба, которого явно сочли новой Душой улья, им оказалось проще, чем забрать конфетку у ребенка. Ульяну сотрясали рыдания, она дергала меня за руку, требуя чудес, чтобы я спасла ее Глеба. Но что я могла? Лишь ощущая полную безнадегу и бессилие, сквозь слезы с мольбой таращиться в черную, непрозрачную маску похитителя, удерживающего землян подальше от стены.
– Ира, скажи ему, скажи Мегамозгу, пусть прикажет или попросит, чтобы мне вернули Глеба, он же обязан подчиняться приказам… – ссутулившись, выла Ульяна.
Великан, что еще мгновение назад без особого напряга давал возможность убраться своим товарищам и уже дернулся, чтобы уйти самому, вдруг замешкался. Его невидимый взгляд метнулся от нас к стене, месту, где сгрудились взволнованные рушиане. Я поняла это по резкому движению его головы и тоже посмотрела туда рефлекторно.
