Лентовский за штатом. Он привлекается богатейшим московским купцом и меценатом Солодовниковым к строительству сооружаемого им нового оперного театра на Большой Дмитровке, возле Театральной площади (в этом помещении впоследствии помещалась опера Зимина, а ныне — филиал московского Большого театра),[****] и несколько лет Лентовский работает в новом, но чужом предприятии как руководитель труппы и режиссер. Больной старик, забытый всеми, забытый купеческой Москвой, которой он верой и правдой служил и чьим художественным вкусам угождал на протяжении почти двадцати лет, он, кому доверено было увеселять московских магнатов и даже руководить зрелищами на коронации Александра III, должен быть свидетелем дальнейшей жизни театра, идущей без его участия. Апостол художественного консерватизма, азиатской пышности, лампионов, фейерверков и эпатирующих феерий, отец русского опереточного театра, верный выразитель эпохи Победоносцева и великодержавного шовинизма — Лентовский во всей своей деятельности отражает русскую действительность своего времени и, оставшись до конца дней самим собой, не изменив ни поддевке, ни лаковым сапогам, ни классической замоскворецкой бороде, — он закономерно вытесняется временем в силу поступательного движения жизни. 11 декабря 1906 года он умирает в больнице после операции, неизвестный новому поколению и забытый «старой Москвой»...
Опереточный театр Лентовского не только закрепил намечавшиеся тенденции к созданию специфического стиля русской оперетты, но и предопределил ее идейно-художественный маршрут.
Лентовский осуществляет свою деятельность в противоречивую эпоху роста либеральных настроений буржуазной интеллигенции, с одной стороны, и резкого усиления все и вся подавляющей реакции конца царствования Александра II и всего периода охранительной политики Александра III, с другой стороны.
Театр этой эпохи закономерно отражает на себе влияние различных сил, действующих в это время в ведущих слоях современного общества. Для русского театра восьмидесятые годы — годы откровенной реакции. Либеральный флер начала шестидесятых годов постепенно снимался по мере того, как буржуазия почувствовала органическую связь с интересами самодержавия под влиянием все более ощущаемого роста революционных настроений. Утверждение «народности» в великодержавном смысле как основы режима, «самобытности» как отправной точки для возрастающей реакционной агрессии, борьба с либеральной «идейностью» — вот характерные черты отражения основных тенденций господствующих классов в театре. Псевдоисторическая костюмная драма, возвращающая зрителя к шовинистически трактуемым эпизодам русской истории, легкая комедия, которую обильно поставляет Виктор Крылов, мещанская драматургическая снедь Потехина и Шпажинского — вот репертуарное выражение господствующих тенденций. И даже Малый театр, неотделимый от творчества и стиля Островского, идет на торный путь, расчищенный царской реакцией и охраняемый забывшим о былом либерализме московским «златоустом» Катковым.
В свете этой идейной реакции представляют большой интерес творческие тенденции, заложенные в деятельности многих возникающих в Москве вслед за Лентовским частных антреприз, как, например, Бренко и Горевой. В них можно подметить попытки отстаивания позиций либеральной буржуазной интеллигенции, но сама деятельность их проходит в атмосфере глухого сопротивления и безразличия.
Лентовский во всей своей деятельности подчинен одной задаче: следования по линии утверждения «купеческого» стиля в искусстве, соответствующего вкусам московской буржуазии. Ее он увеселяет, ради нее он создает патриотические представления и наводняет Москву зрелищно-пышной, под бой барабанов и взрывы ракет разливающейся безыдейностью. То, что оперетта и эстрада оказываются основными звеньями во всей цепи его деятельности, — не случайно. Легкий жанр рожден требованием времени, голосу его, формулируемому кредитующим Лентовского купечеством, создатель «Эрмитажа» служит без оговорок.
Поэтому оперетта Лентовского приобретает черты, закономерно диктуемые ставкой на определенную аудиторию.
Лентовский не только талантливый организатор, он не менее талантливый режиссер и мастер опереточного театра. Его художественная деятельность не менее значительна, чем его антрепренерская активность.