Доротея старалась не замечать его пристального изучающего взгляда, но это было трудно. Она всегда внутренне съеживалась, когда он подобным образом изучал ее, как будто оценивал, чего она стоит. Оценивал и выносил приговор: цена ей – ломаный грош.
– Леди Халифакс дает благотворительный бал в «Олмаксе».
– Мой сын будет там?
– Скорее всего нет. Он не слишком симпатизирует леди Халифакс и ее усилиям на ниве благотворительности.
Уголок рта герцога слегка приподнялся. Многие приняли бы это за тень улыбки. Но Доротея знала, что это не так.
– Кто вас сопровождает?
– Майор Роллингсон.
– Снова? Могу поклясться, что вы чаще видитесь с майором, чем с собственным мужем.
Она взглянула свекру в глаза, страшась, но с твердым намерением скрыть боль, причиненную справедливостью его слов.
– Это не мой выбор.
– Умная женщина знает, как удержать мужа возле себя, – раздраженно проворчал герцог. – И в своей постели. Я хочу подержать на руках своего наследника, прежде чем умру, юная леди.
– Тогда я советую вам внимательнее следить за своим здоровьем, ваша светлость, чтобы прожить еще много-много лет. – Опустив руки, Доротея слегка приподняла юбки вечернего платья, чтобы не споткнуться. Это помогло ей скрыть нервную дрожь в пальцах. – А теперь прошу меня извинить. Я уверена, что майор Роллингсон уже прибыл. Не хочу показаться невежливой, заставляя его ждать.
Закончив разговор, Доротея прошла мимо герцога, стараясь не обращать внимания на побежавшие по спине мурашки. Расправив плечи, она с высоко поднятой головой грациозно спустилась по главной лестнице. Ролли, благослови его господь, и в самом деле уже ждал ее в центре холла. И она практически плыла ему в руки.
Доротея слышала низкий повелительный голос герцога, окликавший ее, но продолжала идти, думая только о том, чтобы побыстрее ускользнуть. Она твердо решила хотя бы на несколько часов забыть о том, насколько плачевно складывается ее супружеская жизнь.
Каблуки сапог майора Роллингсона звучно цокали по гладкому мраморному полу, когда он нетерпеливо мерил шагами холл. Ему сказали, что леди Атвуд скоро спустится, и попросили подождать. В другое время он ничего бы не имел против. Но сознание того, что он не был допущен во внутренние комнаты именно этого дома, терзало душу, сурово напоминая, что ему так и не удалось выполнить свою задачу. И что с течением времени это становится все труднее и опаснее.
Внезапно появилась леди Атвуд с приветливой сдержанной улыбкой на губах. Сверху слышался недовольный мужской голос.
– Это лорд Атвуд так кричит на вас?
– Нет, это герцог.
Она указала на лакея, державшего в руках шелковый вечерний плащ, но Ролли уже не обращал на нее внимания. При звуках этого знакомого низкого голоса он обернулся к лестнице, чувствуя, как грудь разрывается от внезапно нахлынувших эмоций. Близко, он подобрался уже так близко!
Майор взглянул вверх. На площадке стоял пожилой мужчина. Вцепившись в перила, он с хмурым лицом, выражавшим явное неодобрение, наблюдал за ними. При виде его смертельный холод, подобного которому Ролли не испытывал никогда в жизни, сковал его тело, просачиваясь в кости. Ему и прежде доводилось видеть герцога, но всегда с большого расстояния или в переполненном людьми помещении. Впервые с тех пор, как он был пятнадцатилетним мальчишкой, ему удалось оказаться в такой близости от всемогущего герцога Гейнсборо.
Искушение было почти непреодолимым. Однако Ролли выпрямился, взяв себя в руки. Внутренняя дисциплина возобладала над импульсивным порывом взбежать по лестнице и высказать все, что накипело на душе. Сейчас было неподходящее время для открытого противостояния.
– Он выглядит разгневанным, – заметил Ролли.
– Полагаю, это его обычное состояние. – Доротея натянула перчатки и поспешила к двери. – Мы идем?
Ролли прищурил глаза. За несколько последних дней он немного лучше узнал Доротею и нашел, что она очень милая и доброжелательная. Теперешняя холодность и официальная сдержанность явно были не в ее характере. И наверняка причиной тому герцог.
Майор молча вывел Доротею из дома и помог подняться в карету. Подождав, пока экипаж завернет за угол, он спросил:
– Вы не слишком ладите с герцогом?
Она подняла на него глаза. Лицо ее казалось очень бледным в лунном свете.
– Его светлость постоянно ко мне придирается. Боюсь, единственный способ заслужить его одобрение – это подарить ему внука.
Доротея страшно покраснела, и Ролли понял, что она смутилась из-за того, что обсуждает столь личное дело с посторонним мужчиной. Это заставило его почувствовать себя настоящим хамом. Не стоило ему даже поднимать этот вопрос.
– Ну что ж, надеюсь, вы подарите ему целую кучу мальчиков с таким же угрюмым нравом, как у их дедушки.
Она улыбнулась, чего он и добивался, и они оставили эту тему. Но инцидент навел Ролли на размышления. Где пропадает Атвуд этим вечером? Почему его нет дома, чтобы защитить свою молодую жену, оградить от колкостей герцога?
