Он читал мне. Читал так, будто прочел эту книгу больше десяти раз, чтобы сейчас не запнуться ни разу, чтобы все интонации выдержать так, будто написал этот рассказ сам. Я вслушивалась в его голос, и мне казалось, что это читает не Даня. Когда он говорил так тихо, его голос вибрировал и приятно щекотал мои кости. Чем больше я слушала, тем чаще проваливалась в яму, ранее спрятанную от меня короткими фразами. Сейчас же я слышала другого человека. Я слышала того, кого видела.
Книга казалась мне знакомой, сюжет напоминал сразу несколько общеизвестных детективов, но я определенно её не читала.
– Кто, по-твоему, убийца? – перебила я. Даня прочёл ещё пару строк, чтобы закончить абзац, уложил книгу на постели страницами вниз и задумчиво произнес:
– Тот, кто ещё ни разу не вызвал подозрений. Кто-то из прокуроров.
– Разве полицейские в подобных детективах не славятся честью и доблестью?
– У этого писателя – нет. У него даже главный герой ошибается в каждой книге, как и все люди во вселенной.
Какое-то время он молчал, и я молчала, задумавшись над тем, что этот мужчина предпочитает слово вселенная слову мир. Как и я. Даня вновь поднял книгу и продолжил читать вслух.
Пару минут я представляла себе эту угрюмую картину октябрьского Нью-Йорка с персонажами в мрачных шляпах и пальто, а затем стала уплывать в сон. Даня, хоть и не видел моего лица, стал читать тише, затем ещё тише, а потом меня захлестнула волна усталости, окончательно заглушив его голос.
Я проснулась и испугалась, что проспала, но схватив телефон и взглянув на часы, снова обмякла на подушке. В этот день ко мне подкралась зима, опустив вечер на город ещё до 5 часов. Из окна на меня недружелюбно шипела Москва. Из кухни призрачно доносились стуки ножа о доску. Я злилась на себя за то, что не доспала полчаса до положенных мне 7 часов, а значит, начну зевать посреди смены. Когда уговорила себя всё же доспать и закрыла глаза, на другом конце квартиры Даня заговорил по телефону:
– Слушаю тебя. – Пауза почти позволила мне уснуть, но слова снова долетели до спальни. – Мне не нравится этот человек, он что-то вынюхивает. – Даня говорил тихо, но его голос звучал твердо и враждебно. – Поздно. Нужно было делать это тогда, когда у него были враги. Если он исчезнет сейчас, я отгребу проблем. – Ещё несколько его фраз я не расслышала, они потеряли свой смысл в коридоре и превратились в несвязные звуки.
Невольно слушая разговор, который не сильно отличался от других разговоров Дани, я насторожилась. Что-то в его голосе заставило меня окончательно проснуться. Я побрела в ванную, а спустя пару минут, как раз, когда Даня закончил разговор, вошла в кухню.
– Всё хорошо? – спросила я, села на стул и вздрогнула, прикоснувшись голой кожей к холодной сидушке.
– Не знаю, – тяжело вздохнул он и швырнул нож в раковину, заставив меня вздрогнуть снова.
Мне захотелось обнять, что я и сделала тут же. Подошла и обхватила руками за торс, прижалась к горячей, чуть влажной спине. Даня, сделав несколько размеренных вздохов, провернул пару резких движений, и я уже стояла перед ним, а через секунду сидела на кухонном столе.
– Ты же знаешь, что поговорить куда лучше? – спросила я.
– Да, – ответил он, стягивая с меня трусики, их ткань царапала мне кожу. – Но я должен сначала успокоиться.
Времени для успокоения ему понадобилось вдвое больше чем мне. И я ничего не могла поделать, как бы ни старалась. Вела себя и покорно, и настойчиво, и страстно, и нежно, но не могла вытеснить из головы Дани проблемы, мешающие ему разрядиться.
Наконец, рухнув на пол вместе со мной, он отдышался и заговорил:
– Есть один человек. Прокурор по фамилии Шахов. Он пытается до меня добраться, но недостаточно высоко сидит.
– Мне стоит волноваться?
– Нет, конечно.
– Тогда почему ты так переживаешь?
– Я не переживаю, а злюсь, потому что не воспользовался возможностью убрать его.
– И что это была за возможность?
– Он руководил операцией по уничтожению складов в Иране. Когда его люди прибыли на место, мои люди были уже далеко, вместе со всем сырьем и готовым товаром. Я распорядился, чтобы они ушли, а мог дать указания заложить взрывчатку для гостей. Шахов бы разлетелся на куски.
– М-да. Не похоже на тебя. Почему ты этого не сделал?
– Выбирал из двух зол. Взрыв придал бы огласку, заинтересовал местные власти, и я бы уже не смог вернуться на эту территорию.
– Ну, что ж. Уверена, ты найдешь способ отвадить этого Шахова. – Я нежно провела рукой по его мокрой от пота груди. – А сейчас поедем ка на легальную работу.
