Я лишь кивнула, не спеша давать обещание. Словесным нападкам я и сама смогу дать отпор. К тому же, у меня вряд ли будет время сидеть дома и попивать чай с новыми родственниками. Нужно будет навестить гимназию и решить вопрос с учебой, заодно и заняться хозяйством. Теперь я хозяйка дома и должна буду отвечать за многое.
Наш приход вышел оглушительным. Стоило нам войти в открытую дворецким дверь, как в главном зале пробили часы. Старинные, с гирями и с маятником посередине. Такие были у моей бабушки, но они просто висели на стене на даче для красоты, да и жаль было их выбрасывать. Здесь же я могла воочию наблюдать за работой часов, как и слышать их бой.
− Рад вас видеть в полном сборе и добром здравии, дорогие родственники, − проговорил граф Орлов, подведя меня к шеренге женщин. Впереди стояла женщина в возрасте. Скорее всего, вдова прежнего графа. Рядом с ней две молодые девушки моего возраста. На несколько шагов за их спинами выстроились слуги, к которым присоединился и дворецкий. – Заодно хочу представить вам всем мою супругу Дарью Николаевну, графиню Орлову. Прошу принять и жаловать. С этой самой минуты она полноправная хозяйка здесь. Ее приказы и просьбы выполнять неукоснительно.
На краткий миг в зале наступила тишина. Иван смерил взглядом всех присутствующих, задержав предостерегающий на сестрах и вдове. Но по виду женщины можно было сказать, что она вряд ли послушается.
− Тихон, − обратился он к дворецкому. – Хозяйские покои готовы? А детская? Все сделали так, как я просил? – мне оставалось только удивляться, когда Иван Васильевич все успел.
Мужчина в ливрее молча кивнул, подтверждая готовность комнат. Остальные слуги все также оставались на своих местах.
– Тогда я буду рад представить вам еще одного члена нашей семьи, − граф Орлов, наконец-то, выпустил мою руку и развернулся в сторону Глаши и кормилицы, что все это время находились за нашими спинами и на руках последней находилась Виктория. – Моя дочь, Виктория Ивановна Орлова. Моя радость и свет в окошке, − мужчина взял на руки малышку и показал слугам. Сразу вспомнилась сцена со львенком Симбой¹ и как его представляли. На глазах навернулись слезы. Мужчина все же сумел полюбить девочку как свою родную.
Но, видимо, ребенок считал момент подходящим, чтобы заявить о том, что он проголодался, и издал недовольные звуки. Иван тут же прижал к себе и начал с ней разговаривать. Многие слуги умиленно заохали, не сводя глаз с моей дочери и графа. Остальных же я постаралась запомнить на лицо и в скором времени распрощаться с ними. Мне не нужна была в услужении прислуга, что все будет докладывать вдове. Две хозяйки в одном доме не уживаются.
− Всех прошу вернуться к своим обязанностям, − слуги тут же разошлись. Остался только Тихон в ожидании приказов графа. – Пойдем, дорогая, нам стоит отдохнуть после дороги.
И тут мое сердце пропустило удар. Я запоздало поняла, что нам придется делить одни покои и одну кровать.
Хозяйские покои мне понравились. Передав Викторию кормилице и новой няне, что нанял граф Орлов к нашему возвращению в его дом, он повел меня в нашу комнату. Мои надежды насчет смежных спален не оправдались. Из истории я хорошо помнила, что муж и жена проводили ночи в отдельных кроватях, встречаясь только для супружеского долга или только для зачатия наследника. Видимо, Иван не придерживался таких светских правил.
− Ты можешь пока все тут осмотреть, потом спустимся на обед, − граф не сразу выпустил меня из своих объятий. – Не нужно меня бояться, Дарья. Я ни к чему не буду тебя принуждать, пока ты сама не захочешь или не попросишь. И незачем слугам знать, что мы не близки с тобой. Для всех мы любящая друг друга семья. И наш брак для меня самый что есть настоящий, − мужчина договорил, затем мы просто смотрели друг другу в глаза, будто общались ментально.
Пламя страсти вспыхнуло в его глазах неожиданно и так резко, что я ничего не успела понять, когда граф приблизил свое лицо к моему и коснулся губ. Нежно, словно боялся причинить боль. Я же подалась вперед, к мужу. Иван воспользовался этим и прижал меня к себе еще крепче, словно боялся потерять этот мгновенный момент счастья. Вот только поцелуй продлился недолго. Граф первым опомнился, но отстраниться от меня не торопился. Он прижался лбом к моему лбу и учащенно дышал.
− Прости, − после он все же отстранился. – Мне нужно написать пару срочных писем. Ты пока осматривайся и обживайся, − и граф оставил меня.