Опороченная полностью

— Я не понимаю. — бормочу я. — Разве поведение Джианны не отразится на всей ее семье? Я никогда не слышал, чтобы мужчина позволял женщине в своей семье такие вольности.

— Могу заверить тебя, дядя, что он и не подозревает об этом. Джианне разрешено ходить в ее частную академию и на званые вечера с другими людьми из ее круга богатых девушек. Для внешнего мира все выглядит шикарно и изысканно. Вспомни мероприятия с дегустацией икры и вина. Тебе нужно поприсутствовать на одной из таких вечеринок, чтобы понять, что происходит на самом деле.

Я ворчу, вспоминая свои собственные столкновения с детьми из трастового фонда в те времена. Циско прав, что снаружи все выглядит абсолютно идеально. Это, конечно, прекрасно помогает скрыть тот факт, что они гниют изнутри.

Все эти люди с Уолл-стрит и их богатое окружение делают вид, что их деньги чисты, хотя на самом деле у них у всех есть секретные счета на Каймановых островах.

По крайней мере, мы честны в том, что мы не честны.

— То, чего он не знает, не может ему навредить. Его бизнес барахтается, дядя. Скоро он начнет отчаянно искать себе союзника, который вытащит его из финансовой неразберихи, в которую он попал. И последнее, о чем у него будет время беспокоиться, это о том, чем занимается его дочь в пятницу вечером. Или с кем, — ухмыляется он. — И по моим последним данным, у него уже есть список запасных женихов.

— Что ты хочешь, чтобы я сделал? — в моей челюсти дергается мышца.

— Я хочу, чтобы ты превратил слухи в реальность. — Поворачивается он ко мне, его выражение лица серьезно.

— Прости? — Я смеюсь.

— Слухи — это слухи. Люди сами решают, верить им или… нет. Но мы не можем так рисковать, — он коварно улыбается. — Мы не можем допустить, чтобы какой-либо потенциальный жених женился на ней. И вот тут в дело вступаешь ты.

— Господи, Циско. Ты хочешь, чтобы я изнасиловал девушку?

— Изнасиловал? — хмурится он. — Конечно, нет. Соблазнил? Да, — его губы растягиваются в широкую улыбку, что сверкают белые зубы. — Или принудительно совратил, — пожимает он плечами. — Выбирай сам.

Я смотрю на него мгновение, прежде чем разразиться смехом.

— Соблазнить ее? — спрашиваю я. — С таким лицом? — показываю на свои шрамы, но он, похоже, не разделяет моего веселья.

— Действительно. Не знаю, слышал ли ты о Джианне, но она сногсшибательна.

— О да. — И Амо, и Дарио соглашаются.

— Хотелось бы мне быть на твоем месте, — продолжает Дарио со вздохом.

— Тогда почему бы тебе не сделать это? — отвечаю я.

— Потому что, — вмешивается Циско, прежде чем Дарио успевает ответить, переключая наше внимание обратно на него. — Они знают нас. Они знают, как мы выглядим, и ни один Гуэрра не позволит ДеВиллю приблизиться к ним. С другой стороны, ты, — он делает паузу, изучая мое лицо. — Ты не только отсутствовал последние пять лет, но и никто не узнает тебя с твоим новым обликом.

— Скажи мне, что ты это несерьезно, — стону я. — Почему бы просто не убить ее?

— Мы не убиваем женщин, — снисходительно парирует он. — К тому же, смерть — это слишком достойно. Мне нужно, чтобы ее падение с небес было публичным, громким и попросту унизительным.

— Черт, Циско, ты действительно планировал это, не так ли? — я качаю головой, вся эта идея кажется мне безумной.

Во-первых, потому что кто, блядь, станет жертвой моего неотразимого обаяния? А во-вторых, потому что Циско прекрасно знает, что я не связываюсь со шлюхами — ни платными, ни неоплачиваемыми.

— Конечно, — ухмыляется он. — Осквернить, опозорить, уничтожить. Это твоя миссия. Я хочу, чтобы ты превратила эти слухи в реальность, чтобы никто не сомневался в том, какой женщиной является Джианна Гуэрра.

— Я уверен, что она упадет прямо в мои объятия. Если не убежит при виде моего лица, — ворчу я. — Сколько ей лет? — быстро трезвею, вспоминая, что она не может быть старше двадцати или около того.

— Ей недавно исполнилось восемнадцать. — отвечает Циско, внимательно наблюдая за мной.

— Восемнадцать? — я прищуриваюсь. — Она едва достигла совершеннолетия, Циско. Она еще ребенок. — Качаю головой в отвращении.

— И что? — он пожимает плечами. — Она Гуэрра. А значит, она враг, дядя. Значит, что она — законная добыча.

— Циско, — стону я в разочаровании.

Из всего, о чем я думал, он попросит меня сделать, я никогда не думал, что он зайдет так далеко, чтобы разрушить Гуэрра. Ненавижу ли я их? Так же сильно, как и следующего ДеВилля. Но она едва легальна, черт побери. Господи, может я и не настолько стар, чтобы быть ее отцом, но я точно достаточно стар, чтобы быть кем-то.

Она на сколько… двенадцать лет младше меня?

— Я не буду этого делать, — твердо отвечаю я, ложа руку на пистолет, чтобы убирать его в кобуру и встаю, чтобы уйти.

— Дядя, — голос Циско меняется, когда он окликает меня. — Могу я напомнить тебе, кому ты присягал на верность?

— Да. Твоему отцу, — отвечаю я, слегка повернув голову. — И не думаю, что он одобрил бы гребаного ребенка в качестве мести Гуэрра.