– Есть с кем? – спросил Андрис.
– Вы хотите?
– Очень.
– Тогда дня через два-три – вот прокачаем историю с миллионами… И Марину можно будет пригласить…
– А что за Марина?
– Интересная дама. Из института Радулеску – работает там на программном муляже мозга. Умница. Недавно «круглый стол» проводили – «Экология и нравственность», – о, как она нашего Сатируса гоняла! Есть у нас такой Сатирос, большой поборник нравственности, его студентки Сатирусом прозвали. Пух и перья.
– Э-э… – Андрис нахмурился, вспоминая. – Сомерс?
– Да. Она по мужу – Сомерс. Только он от нее сбежал. Вообще он, конечно, сукин сын. Пустил слух, что она дочь мутанта.
– Так, – сказал Андрис. Все встало на места. Он вспомнил. – Вспомнил. Где я ее видел. То есть не ее.
– Так вы уже знакомы? – спросил Рене.
– О! – сказал Тони. – Более чем. Дядюшка ночью вынес ее из огня.
– Из какого огня?
– Из самого натурального. Ты еще не слышал про пожар в «Клубе одиноких генералов»?
– Так вы там были? – закричал Рене. – А чего же вы молчите? Что там было? Правда, что бомба?
– Правда, – сказал Андрис. – Граната с термитными шариками. Семь человек сгорело, в том числе и бомбист. – Всех, кто был возле лифта, просили говорить именно так. Андрис не слишком верил в действенность подобных методов, но просьбу, конечно, уважил.
– И кто же? Полосатики?
– Это кристальдовцев так зовете?
– Их самых.
– Похоже, что да. По крайней мере, они там были.
– Гады, что делают!.. Семь человек, говорите?
– Шесть – и бомбист.
– Все равно семь… Ах черт! – Рене потер лицо. – Как-то даже не верится, что у нас – такое…
– Ну почему? – сказал Андрис. – Мы – страна с давними террористическими традициями.
– Да, – сказал Рене. – Конечно. Но это всегда было где-то не у нас – на юге, на западе… У нас было спокойно… на уровне рядовой уголовщины. Бомбы не взрывали.
– Бомбы, – сказал Андрис. – Бомбы – еще не все…
Бомбы действительно были только цветочками.
