Съ последними днями ликвидащи Оптиной Пустыни связанъ еще такой случай: советской властью былъ туда присланъ нЬкш баронъ Михаилъ Михайловичъ Таубе, съ университетскимъ образовашемъ, протестантъ. Ему было предписано разобрать оптинскую библютеку (впоследствш распроданную большевиками заграничнымъ книгопродавцамъ). Когда Таубе пргЬхалъ въ Оптину и сталъ заниматься въ библютекѣ онъ началъ ко всему присматриваться, познакомился съ о. iосифомъ (Полевымъ), затѣмъ сталъ все болѣе и болѣе интересоваться Оптинской жизнью и ея старцами. Проникъ и къ о. Нектарiю. Подробностей ихъ свидашя никто не знаетъ. Очевиднымъ остался только результатъ: Савлъ превратился въ Павла. Старецъ сблизилъ Михаила Михайловича со своимъ духовникомъ о. Досиееемъ — «старцемъ–отрокомъ», о которомъ еще будетъ рѣчь дальше, и съ о. Агапитомъ (другомъ старца Амвроая, глубокимъ старцемъ, дѣлателемъ iисусовой молитвы, открывшимъ неправильное учете о молитвѣ iисусовой въ книгѣ схимонаха Илюдора «На горахъ Кавказа»). Онъ вошелъ въ близкое общеше съ о. Досиееемъ, принялъ православiе.
Оставаясь на службе въ музее, Таубе сталъ послушниникомъ о. Досиеея. Былъ постриженъ въ Козельске съ именемъ Агапита. Пока еще жилъ въ Оптиной, онъ помещался въ башне, надъ той калиткой, которая вела въ скитъ. Въ его келлш лежала лишь одна доска — его ложе. Былъ дѣлателемъ iисусовой молитвы. Онъ былъ въ ссылке вместе съ о. Досиееемъ и съ нимъ былъ возвращенъ въ Орелъ.
М. Нектарiя присутствовала при закрытш Оптиной Пустыни въ 1923 г. Произошло это слѣдующимъ образомъ: «Мамочка, уезжая изъ Оптиной», разсказываетъ О., «имела обыкновеше спрашивать у Батюшки, когда онъ благословитъ ей прiехать бъ слѣдуюгцш разъ. И вотъ, Батюшка отвѣчаетъ: «Пр¡ѣзжай на седьмой недельке (поста), поживешь две недельки и не пожалеешь». Батюшка, когда говорилъ, улыбался и былъ очень ласковый. Я въ то время учился и поехать съ мамочкой не могъ, и она поехала одна, условившись, что я прiеду подъ Пасху. Прiехавъ въ Козельскъ, она на вокзале узнала отъ какой–то женщины, что въ Оптиной службы нѣтъ, что въ монастыре ликвидацюнная комисая, что арестованы владыка Михей, настоятель о. Исаакш, о. казначей и др., что батюшка о. Нектарш тоже арестованъ и находится въ тюремной больнице въ Козельске. Узнавъ все это, мамочка тѣмъ не менее решилась идти въ монастырь, мысленно обращаясь къ старцу съ просьбой направить ее и указать къ кому пойти, у кого исповѣдываться и т. д. Помолившись такъ Батюшке, она направилась къ келье о. iосифа (Полевого) — хромого iеромонаха. Мамочка постучала въ дверь, которую открылъ… вооруженный винтовкой комсомолецъ. «Вы къ кому?» — «Къ о. iосифу». — «Откуда?» — «Изъ Н–ска» — «Чего сюда прiехали?» — «Въ м–ръ молиться Богу». — «Узнали, что закрывается монастырь и примчались за своимъ золотомъ! Пожалуйте сюда!» И мамочку арестовываютъ.
