болями уретрита, изжогой и мертвыми дочерьми. Ты знаешь,
что до тебя он любил другую. Ты знаешь, что он любил ее
больше, чем тебя. Ты догадываешься, что он любит ее и сейчас,
ведь такие преданные мужчины, как твой муж, однолюбы. Ты
тоже любила только однажды, но твой ребенок погиб. И его
ребенок, между прочим, но его сердце остыло — задолго до
смерти вашей дочери, задолго до ее рождения. Он говорит, что
любит тебя и пора возвращаться домой.
…
С тех пор, как ты переехала, ты никогда не возвращалась
домой. Наверное, мама уже умерла. Они никогда не верили в
286
Нежность к мертвым
твои способности, и поэтому тебе некуда возвращаться. Ты
уехала к мужчине, который так же не верил в твои способно-
сти. Однажды вы ехали по дороге, и он задел бампер чужой
машины. Он трусливо поехал дальше, и ты поняла, что этот
мужчина способен на подлость. Может быть, этот момент ты
вспоминала в тот момент, когда умерла твоя дочь, а может ты
вовсе ни о чем не думала. Это было в год очень дурной осени,
когда ты подрабатывала в кафе, и тебе приходилось брать ма-
лышку с собой. Ты протирала столики и улыбалась клиентам,
– он никогда не спасал тебя от работы. Ты всегда была наеди-
не со своим предощущением страшного будущего: ты жила тет-
а-тет со своим токсикозом и женскими страхами, ты одиноко
сидела в кресле гинеколога с загибом матки, ты рожала в мо-
мент его командировки. Он любил вашу дочь как-то априорно,
без всяких на то проявлений, и ты знала почему. У женщин,
которых зовут Венера, нет других вариантов, ты принимала
своего мужа по умолчанию. Ты больна синдромом «первого
мальчика» и «маниакальной депрессией», первое не лечится, а
на лечение второго нет средств. Он приехал из другого города
и пил кофе, которое ты ему подала. Он был крупен в плечах,
его живот в коричневой майке слегка выпячивался, ты думала,
что хорошо бы выйти за него замуж. Он любил другую жен-
щину, и лечил свою любовь твоей плотью. Первый раз было
унизительно, но потом ты привыкла. Женщины рождены так,
чтобы привыкать ко всему. Первых четырех сеансов лечения
было мало, и он сказал тебе, что хочет продолжить процедуры,
то есть — он сказал «выходи за меня», и ты смогла уехать из
своего города и больше не видеть мать. Когда ты уезжала, тебе
казалось, что все изменится. Когда ты приехала в новый дом,
осознала, что нет. Вначале он лечился твоей плотью почти
каждый день, а потом, когда его любовь, видимо, ослабла, на-
чал пользовать тебя реже. К нему вернулся прежний аппетит и
трудолюбие. Примерно тогда ты забеременела, и вы перешли
исключительно на воскресный минет. Ты знаешь, что в этой
позе, когда твоя голова шарнирно двигается вверх-вниз, очень
напоминаешь ему другую женщину, он зажмуривается и пред-
ставляет на месте твоего рта другой рот. Все глотки одинаковы,
очень легко представить. А его сперма какая-то трогательная,
очень детская, ты испытываешь прилив нежности, когда его
голова напрягается и выпрыскивает утреннюю молофью. В
287
Илья Данишевский
этих мыслях есть что-то извращенное, но это не имеет значе-
ния. Женщина без внешних данных, обделенная талантом и
верой в себя — обречена на отсутствие точки зрения. Теперь,
когда ты работаешь в архиве, ты полностью обезличена. Ты
хранишь в себе чужую информацию. Ты напоминаешь жесткий
диск или исписанный дневник. Ты лишена самости и устрем-
ленности в будущее. Ты помнишь, что он лишил тебя девст-
венности на кушетке в подсобном помещении кафе, ты дума-
ешь, что любишь его или, по крайней мере, любила, ты дума-
ешь, что и он как-то особенно любит тебя. Ты терпишь его
вонючие тапки рядом с кроватью, ты стираешь его грязные
полотенца, ты знаешь, что он надевает носки дважды, прежде
чем отправить в стирку. Ты знаешь, что иногда во сне он пла-
чет, когда ему снится любовь юности. Однажды 17 апреля он
сказал тебе, что в той любви не было ничего особенного и ни-
каких фактов, она не давала ему поводов думать о взаимности,
но он так не мог пережить этого, что всем друзьям рассказал,
будто поводы есть, и все друзья так поверили в это, что стара-
тельно несколько лет пытались их свести; он сказал тебе, что
она возненавидела его, когда все общие знакомые начали наме-
кать ей, будто она влюблена в него. Он сказал тебе, что у нее
были такие же голубые глаза, как у тебя. И ты ответила, что у
тебя глаза зеленые. Тогда он подошел ближе, чтобы рассмот-
реть, и от унижения ты протянула руку и начала мять его член,
который уже давно был готов. Возможно, именно тогда ты
забеременела.
…
Ты работала шесть смен в неделю по десять часов. Ты за-
была все, о чем рассказывали в колледже. Ты работала до
восьмого месяца, и муж уговаривал тебя отработать еще две
