В определенный момент своего долгого пути благородные роксоланские народы разделились на две части. Одна направилась к нынешней Померании и обосновалась там, а оттуда приступила к завоеванию соседних островов и южной окраины Швеции. В первый раз арийцы стали мореплавателями и освоили новый вид деятельности, в котором им было суждено превзойти отвагой и умением все остальные цивилизации. Другая ветвь, которая в свое время также стала знаменитой в этой области, продолжала двигаться в направлении Ледовитого моря и достигла сурового побережья, обошла его и, снова повернув на юг, ступила на землю Норвегии, т. е. «северного пути», мрачную страну, недостойную родину для этих славнейших воинов. Там оставшиеся племена перестали называться сарматами, роксоланами, асами, т. е. отказались от имен, отличавших их от остальных белых рас. Теперь они стали саками.
А страна получила имя «Скандия», «полуостров саков». Вполне возможно, что эти народы по-прежнему называли друг друга «благородными людьми», т. е. кетами, саками, арийцами или асами. На новой родине это было их второе имя, между тем для группы, которая остановилась в Померании и в соседних землях, название «кеты» стало распространенным. Тем не менее соседним племенам никогда не нравилось это имя, суть которого они не понимали, поэтому финны еще сегодня продолжают называть шведов «руотсланы», а русские являются для них вендами.
Скандинавские арийцы только обживали новую страну обитания, когда один знаменитый путешественник эллинского происхождения случайно оказался на этих широтах, внушавших страх грекам и италийцам. Это был массали-от Пифий, который добрался до южного берега Балтики.
В нынешней Дании он встретился только с тевтонами, в то время кельтами, о чем свидетельствовало их название 1). Эти народы отличались утилитарной культурой своей расы, но к востоку от их территории жили гуттоны, в которых и следует видеть кельтов: это была часть померанской колонии 2). Греческий путешественник встретился с ними в нижнем бассейне моря, который он назвал Мен-тономон. Судя по всему, речь идет о реке Фрише-Хафф, а город, стоявший на ее берегу, — Кенисгберг 3). За рекой до самого Рейна с одной стороны и до Дуная с другой стороны властвовали кимрийцы. Однако вряд ли возможно, чтобы саки Норвегии, кеты Швеции, островов и континентальной части, с их предприимчивостью, храбростью, и учитывая скудную землю, доставшуюся им, оставили в покое метисное население, обитавшее по соседству.
Северным арийцам были открыты два направления для колонизации. Готская ветвь могла естественным образом направиться на юго-восток и на юг и снова захватить территории, которые прежде были частью Гардарики, и те земли, где в прежние времена разные арийские племена управляли славянами и финнами и впитали в себя их кровь. Что касается скандинавов, им предстояло двинуться на юг и запад, захватить Данию, Кимрию, затем неизвестные им земли центральной и западной Германии, затем Голландию и Галлию. И готы, и скандинавы сполна воспользовались шансом, который предоставила им фортуна.
Это разделение первых германских народов на скандинавов и готов диктовалось обстоятельствами, и я не согласен с мнением Тацита и Плиния, которые производят северные расы от некоего первочеловека по имени Туисто и его троих сыновей — Истэво, Ирмино и Ингэво. Все говорит за то, что такого мифа никогда не существовало в чисто германских странах, и он был распространен в основном в центральной и южной Германии. Поэтому он имеет кельтское происхождение и в измененном виде попал к германским метисам. Все попытки Мюллера отыскать скандинавских богов с такими именами ни к чему не привели. В слове «Туисто» можно узнать название «тевт», ставшее эпонимом кельтской расы. Вместо него хроники дают «Ала-нус», а его сыновьями были Гисицион, Арменон и Невгио.
Начиная со II в. до н. э. норвежские народы встречаются рядом с кимрийцами, самыми близкими их соседя^ ми. Сильные отряды захватчиков вышли из лесов, навели страх на жителей кимрийского Херсонеса и, преодолев все препятствия и пройдя земли десяти народов, перешли через Рейн, вступили в Галлию и остановились только у Реймса и Бовэ.
Этот поход был скоротечным, удачным и плодотворным. Однако при этом переселенцы не изгнали ни одного племени с его территории. Они были слишком малочисленны, и это им было невыгодно. Они шли к своей цели. Тем не менее они перемешались с завоеванным населением, сформировав в результате германизированные племена, о которых высоко отзывался Цезарь — как о самом активном народе Галлии, который сохранил древнее кимрийское название «бельгийцы».
