— Это и есть всё воинство, — ответил я. — У нас недавно был конфликт с персами, которые применили оружие, запрещённое Женевской конвенцией, ха-ха! То есть, наслали на город ликантропов, которые вырезали весь гарнизон, всех жителей и остались только мы. Так что вы особо ничего не выиграли, ребята.
— А дивное громовое оружие? — спросил Иоанн. — Я видел, как людоеды падали после грохота! Можем ли мы выстоять с его помощью? Господин, мы посовещались и решили, что переходим под вашу руку!
Частит, волнуется.
— Так и быть, приму вас, — кивнул я. — Сразу мощное оружие не обещаю, но броню получите первоклассную. Но придётся изрядно поработать.
— Что надо делать? — спросил Иоанн.
— Надо собрать все возможные ценности, погрузить на телеги и ждать дальнейших распоряжений, — ответил я. — Иди во двор, там мои люди — они скажут, что надо делать.
— Слушаюсь, стратиг… — поклонился десятник.
Иоанн ушёл, а я посмотрел на Комнина.
— Что думаешь?
— Напуганы до усеру, — заключил стратиг. — Не воины.
— Страх проходит, — усмехнулся я. — Эх, жаль, что людоеды утащили тела. Было бы неплохое пополнение моей армии…
— Нашей армии, Алексей, — поправил меня Комнин. — Потому что я думаю, разделяться сейчас очень глупо.
— Может, встретим их в открытом поле, перед городом? — предложил я. — Обстреляем этих скотов так, что они две недели будут тапочки собирать!
— Нет, надо уходить из города, — вздохнул стратиг. — Я долго думал об этом оружии, пулемётах, винтовках… Если людоеды проникнут в город, мы не защитимся. И перед городом будет не совсем то… Надо уходить и имитировать паническое бегство. С телегами, грузами, чтобы они помчались, рассчитывая на лёгкую добычу. Но пойти они должны не по пятам, а по следам, чтобы мы могли подготовить засаду. Они пойдут расслабленными и не готовыми к серьёзному бою, потому что мы покажем им мнимую слабину. И вот тогда, два пулемёта с флангов…
— Похоже, что размышления пошли на пользу, — улыбнулся я.
Всегда знал, что если люди живут в Средневековье, это совсем не значит, что они тупые или откровенно умственно отсталые. Мозг стратига, закалённый столетиями существования, способен адаптироваться, поэтому пулемёты и винтовки легли в знакомую ему парадигму военного ремесла и нашли своё применение.
— Когда-то давно, в битве с персами, ещё там… — заговорил вдруг Комнин, прикрыв глаза. — В палящих песках Палестины… Я применил магов огня, разместив их с флангов… Персы думали, что я панически бегу к Иерусалиму, надеясь укрыться за его стенами. Ведь персов было так много… Они совершенно расслабились… Огненный дождь обрушился на их растянутые формации, а затем ударила моя элитная пехота… Сработало тогда — сработает и сейчас. Только теперь пехота не будет биться в ближнем бою, а начнёт безопасный для себя отстрел врагов, которые просто обречены собраться в один кулак… Так и победим.
— Может сработать, — не стал я спорить.
Из меня тактик, как из говна пуля. Действую примитивно, напролом, а у Комнина опыт десятилетий непрерывных войн.
— Но город придётся оставить, — вздохнул Комнин. — Потому что, даже победив одно воинство, нашествие остановить нельзя. Если их десятки тысяч, то пулемётов будет мало. Они ведь жрут патроны, а их всё одно меньше, чем мне хотелось бы…
Посетила меня мысль, что людоеды появились неслучайно. Если это происки Судьбы, то я даже знаю причину — не надо было передавать оружие Комнину. Нашествие людоедов бы всё равно случилось, но они могли пойти не на Адрианополь, а куда-нибудь ещё. Очень легко. Кругом полно городов, причём Адрианополь не самый большой из них. Но они пошли именно к нему. Нити человеческих судеб были перераспределены, чтобы именно я получил смачных пиздюлей от людоедов. Не кто-то ещё, а именно я.
Хотя, видеть во всём происки недовольной мною Судьбы — это, конечно, паранойя. Так вообще можно смело брать на себя всю ответственность за любую хуйню, происходящую в этом поганом мире…
— Да, патронов бывает только мало, — вздохнул я. — Ладно, занимайтесь погрузкой ценностей, а я пойду договариваться о лошадях…
Побежал домой.
— Ребята, быстро, где возле Владивостока есть конюшни? — вошёл я в гостиную, где сидели и обедали опера.
— Лошадей хочешь купить? — сразу догадался бывший капитан, а ныне безработный, Степан Савушкин.
— Блестящая эрудиция, — произнёс я. — Итак, где продают лошадей в промышленных количествах?
— Тогда тебе не конюшня нужна, а конный завод, — посоветовал Давыд Некипелов. — Кажется, к северу от города есть один такой. Но я не берусь утверждать.
— Вот бы знать заранее… — посетовал я. — Ладно, ребята, мы скоро переезжаем, поэтому окажите содействие с погрузкой наших пожитков на телеги.
— Слушай, а чего ты не перетащишь машины? — спросил Леонид Маркедонов. — Три-четыре грузовика заменят стадо лошадей.
— И сколько весят эти грузовики? — задал я ему встречный вопрос.
— Среднетоннажный КамАЗ весит около девяти тонн, — сообщил Савушкин. — А если магистральный тягач от того же КамАЗа — это где-то двадцать четыре тонны.
