Предварительную работу я провел заранее, отправив серию писем от имени Роберта Грея с обстоятельным изложением инвестиционной философии и инструкциями по подготовке необходимых документов.
— Надеюсь, вы подготовили все требуемые бумаги, — я говорил размеренно, чуть растягивая слова, с интонациями человека, привыкшего, что его указания выполняются безоговорочно.
— Безусловно, — Хэвишем открыл кожаный портфель и извлек несколько папок. — Учредительные документы для Baldwin Investment Trust подготовлены согласно вашим инструкциям. Трастовый договор предусматривает вас как единственного распорядителя с полным правом определения инвестиционной стратегии.
Он разложил бумаги передо мной. Я внимательно изучил каждый лист, проверяя формулировки. Это первый слой сложной инвестиционной структуры.
Инвестиционный траст, созданный специально для операций с моим новым капиталом.
— Все выглядит удовлетворительно, — я подписал документы именем Роберта Грея. — Теперь перейдем к стратегии распределения первого транша.
Я извлек из портфеля свернутую диаграмму и расстелил ее на столе. Схема представляла собой пирамидальную структуру инвестиций с распределением по классам активов, рискам и временным горизонтам.
— Как мы обсуждали ранее, первый транш составляет восемьсот тысяч долларов, — я указал на верхнюю часть диаграммы. — Эта сумма распределяется следующим образом. Триста тысяч направляются в агрессивный портфель с преобладанием технологических акций, прежде всего RCA, Western Electric и American Telephone Telegraph. Двести пятьдесят тысяч. В автомобильные компании второго эшелона — Hudson, Nash Motors, Packard. И двести пятьдесят тысяч в инвестиционные трасты с двойным плечом: Shenandoah Corporation и Goldman Sachs Trading.
Хэвишем слегка поморщился при упоминании инвестиционных трастов.
— Должен заметить, мистер Грей, что последний компонент вашей стратегии представляется нам чрезмерно рискованным для клиента с вашей репутацией осмотрительности.
— Я ценю вашу озабоченность, — кивнул я. — Однако для ясности. Мы используем двойной левередж исключительно для краткосрочной игры. Все эти позиции будут закрыты не позднее марта следующего года, независимо от рыночной ситуации.
— А если рынок продолжит расти? — поинтересовался старший Морган.
— Тогда я упущу часть возможной прибыли, но останусь верен своей стратегии, — твердо ответил я. — Я придерживаюсь философии, согласно которой в инвестициях важнее избежать крупных потерь, чем поймать каждый процент роста.
Это заявление явно произвело впечатление на консервативного банкира. Мы продолжили обсуждение деталей, и к девяти утра все документы были подписаны, инструкции переданы, и первая часть операции «Серый капитал» была запущена.
— Мы выполним ваши распоряжения в течение трех рабочих дней, — заверил меня Морган, закрывая встречу. — С учетом объемов, необходимо действовать постепенно, чтобы не вызвать нежелательных колебаний цен.
— Разумеется, — я поднялся, давая понять, что встреча окончена. — Я буду ждать ежедневных отчетов об исполнении ордеров.
Покинув отель, я проверил отсутствие слежки, используя витрины магазинов как зеркала и несколько раз меняя направление. Убедившись в безопасности, я сел в подъехавшее такси и назвал адрес в финансовом районе.
— Банк «Континенталь Траст», на углу Бродвея и Уолл-стрит, — сказал я водителю.
Название банка не имело ничего общего с печально известной Continental Trust, являясь совпадением, которое я находил иронично подходящим для моих целей.
Когда я предложил Кляйну оставить значительную часть моей доли под управлением Atlas Trading, это был тактический ход. Втайне я уже планировал взять полный контроль над своим капиталом. За прошедшую неделю события развивались стремительно, и я вынужден пересмотреть первоначальную стратегию.
Прежде всего, разговор с Джонсоном и другими консервативными финансистами убедил меня, что внимание к необычным операциям растет. Оставлять такие суммы под контролем Мэддена и его людей становилось все рискованнее.
К тому же, личность Роберта Грея давала уникальную возможность.
Можно создать полностью автономную финансовую структуру, не связанную ни с Уильямом Стерлингом, ни с криминальным миром. Преимущества очевидно.
Если что-то случится с Мэдденом или его организацией (а в преступном мире это лишь вопрос времени), мои активы останутся в безопасности.
Я направил Кляйну зашифрованное сообщение через одного из его курьеров три дня назад. В нем, используя наш предварительно согласованный код, я объяснил необходимость «полной изоляции линии Серого».
Так мы называли операции через мой альтер-эго. Сославшись на «повышенную активность наблюдателей у доков» (наш термин для обозначения интереса со стороны властей), я запросил «выдачу всех товаров для перемещения на новый склад».
Кляйн хоть и был удивлен, но быстро понял практический смысл моего решения. Он согласился и через день передал мне чемодан с наличными.
