Поразмыслив над всеми обстоятельствами, осторожно открыл купол. Дышалось легко и приятно. Картина, открывшаяся моему взору, заставила тихо охнуть и замереть. В темноте, на огромном небосводе, в неисчислимом количестве, сияли такие же огромные звёзды. Столько звёзд я ещё никогда не видел, зрелище казалось совершенно неописуемым. Холодная темнота слегка подрагивала, небесные светила подмигивали синими, фиолетовыми, изумрудными цветами, меняя яркость и оттенок с невероятной скоростью. Эта карусель манила и притягивала, воображение просто рисовало своеобразные картинки. Создавалось впечатление, что кто-то управляет всем этим процессом. С трудом оторвав взгляд от невиданного зрелища, стал рассматривать, что находиться внизу. Там, в свете огромного количества звёзд, рассмотрел контуры каких-то сооружений среди холмов. Дальше, где-то правее от меня, сверкали миллионами огней огромные кольца, кубы и ещё что-то невообразимое. Я угодил в неизвестный чудной мир, но это снова не то, не Малиновка. Что ж, как не красиво это зрелище, нужно выбираться отсюда. Я стал набирать координаты на панели приборов, но не тут-то было. Аппарат упорно отказывался подчиняться моим действиям. Координаты набирались, но ровным счётом ничего не изменялось. Не было слышно привычного гудения и мигания приборов, телекоммуникатор молчал. Холодный пот просочился между лопатками — всё, это катастрофа. Что же произошло? Анализируя последние события, пришёл к выводу, что «точный бросок» Никифора что-то повредил и сбил показания приборов. Теперь моя задача разобраться и устранить причину. В который раз за последнее время чертыхнулся и бессильно повалился в кресло. Как же я устал от этого фатального невезения. Разве смогу разобраться в хитросплетении приборов и схем, где практически всё сделано Саней Мокрецовым? Остаётся надеяться, что поломка незначительная, какого-нибудь механического характера и мне не составит труда соединить что-то повреждённое. Но всё это смогу сделать лишь при дневном свете. Оставалось только ждать. Удручённый очередной неудачей, прикорнул в кресле.
Проспал, как мне показалось, не очень долго. Когда проснулся и открыл купол, то внизу картина изменилась. И всё же, увиденное мною, превзошло самые смелые ожидания. В ярком дневном свете, среди бурых холмов, по изумрудным дорожкам сновали какие-то существа. Описать всех их просто не представлялось возможным. Там были существа, напоминавшие кентавров и существа, представлявшие собой помесь паука с крокодилом. Вот по дорожке проползло что-то, отдалённо напоминающее рака с головой лягушки, вот пронеслось нечто вроде яркой медузы. Все они перемещались по дорожкам и в воздухе между куполообразными сооружениями, многие направлялись в ту сторону, где в темноте я видел загадочные кольца и кубы. Они и теперь сверкали, но это было уже не так красочно, как в ночи. Никто из этих неизвестных существ не обращал на меня ровным счётом никакого внимания. Решив, что мне ничего не угрожает, выбрался наружу. Почва состояла из круглых мелких камней и слоя пыли, растительность отсутствовала, температура воздуха была вполне благоприятной. Оглядываясь по сторонам, начал осматривать средство передвижения. Моё предположение оказалось верным: ударом была согнута крышка одной из коробок. Согнутая крышка, в свою очередь, повредила микросхему. Это был полный крах, так как я не представлял, где в этом неизвестном мире можно найти микросхему. Да и куда попал, вообще-то? Словно прочитав мои мысли, ко мне вдруг подрулил какой-то квадратный ящик на изящных, и, как мне показалось, хромированных колёсах. На борту сверкали большие линзы, а с ходу он прохрипел или проскрежетал нечто невразумительное. Раздосадованный своими проблемами грубо оборвал его:
— Чего надо? Я всё равно не понимаю тебя, проклятая жестянка.
К моему немалому удивлению, внутри ящика что-то щёлкнуло, и через несколько секунд он выдал мне на чистейшем русском языке:
— Простите за беспокойство, но мне хотелось бы знать цель вашего прибытия на Окка — уну.
— Ничего не могу сказать о своей цели прибытия, — немного замешкавшись, ответил я, — просто-напросто у меня поломка. Поэтому, оказался здесь.
Внутри ящика снова что-то щёлкнуло, еле слышно загудело, и он предложил:
— Прошу вас следовать за мной.
