С яростными криками обезьяны кинулись друг на друга. Однако обо мне похитители не забыли. Меня, связанного, держала возле себя одна из похитительниц, в ярости подпрыгивая на месте и издавая устрашающие крики. Борьба была нешуточной, во все стороны летели клочья шерсти, раздавались душераздирающие вопли, мелькали белые и чёрные спины. Обезьяны тузили друг друга, махали кулаками, царапались, кусались. Со стороны, видимо, это было потрясающее зрелище. Ни одна из сторон, казалось, не собирается уступать. Но, вскоре, чёрные стали наступать, теснить противника. Белые, сопротивляясь и недовольно визжа, с потрёпанной шерстью, стали потихоньку отступать. Через некоторое время они и вовсе скрылись за небольшой рощей. Чёрные «дьяволы» радостно вопили им вслед и устрашающе прыгали на месте. Какое-то время они ещё возбуждённо суетились, радуясь своей победе, а затем вернулись ко мне. После сражения на земле остались только клочья чёрной и белой шерсти, примятая трава и изрытая местами почва. Меня взвалили на плечо, и вся орава продолжила свой путь.
В пути мы были ещё около получаса. Когда стая остановилась, меня опустили на землю. Лес остался позади, впереди выросли высокие каменные стены с бойницами и смотровыми площадками. Стены тянулись вдаль и прятались где-то за холмами. Мы находились возле крепких деревянных ворот с небольшим окошком в верхней части. Всё это здорово походило на средневековую крепость. Обезьяны сбились в кучу и тихонько ухали друг другу. В скором времени ворота распахнулись, меня снова схватили и потащили вовнутрь. Единственное, что успел заметить, что на воротах стояли две такие же чёрные обезьяны. Внутри крепости виднелись какие-то сооружения, кусты, деревья. Все сооружения были сложены из камня, добротно и основательно. Меня потащили в отдельно стоящее здание, ввели куда-то и развязали руки. Внутри было темно, я ничего не мог разглядеть. Вдруг, кто-то невидимый, раздвинул шторы в окне. В комнату хлынул поток света, мне невольно пришлось зажмурить глаза.
— Как ты попал в Междуречье? — я вздрогнул от резкого, каркающего голоса.
Открыв глаза, увидел перед собой сморщенного, черноволосого, сердитого карлика. Карлик, ростом около метра, восседал в резном деревянном кресле и раздражённо смотрел на меня. Сам он выглядел не очень то и устрашающе, но вот его глаза были особыми: пронзительно-чёрные, сверкающие, они, казалось, пронизывали меня насквозь, заставляли сжиматься и замирать сердце. Под его взглядом даже дышать стало труднее, так, наверное, и чувствуют себя кролики перед удавом. Собравшись с силами, решительно выдохнул:
— А кто ты такой, чтобы тебе отчитываться?
— Глупец, — проскрипел карлик, — ты даже не знаешь, с кем говоришь.
— И кто же ты?
— Тот, кого все в Междуречье называют Абангой. Хотя у меня есть и другое имя, но это не имеет значения. Я могу стереть тебя в порошок, уничтожить, как червяка. А ты смеешь так со мной разговаривать?
— Я не сам пришёл сюда в гости, меня притащили против моей воли, — равнодушно пожал плечами.
— Знаю, это по моему указанию адаты доставили тебя сюда. Ты чужак, мне нужно знать, как ты оказался в Междуречье, что ты там делаешь. Отвечай.
— Случайно, а как — и сам не пойму. Точнее — просто влез через зеркало, затем познакомился с Оозорваном, Одиноким Охотником, путешествовал с ним по Междуречью. Ведь пока не знаю, как вернуться домой, — я решил немного схитрить и не говорить всего, что знаю.
— Что ты делал на болоте? — продолжал свой допрос карлик Абанга.
— Я попал в род Диких Псов. Там у них был колдун Акаландан, который вредил роду, мне пришлось с ним сражаться. Здесь, на болоте, догнал его, он погиб, утонув в трясине, — мой ответ был лаконичен.
Карлик, немного подумав, заявил:
— Ты мне мешаешь. Вернее, я чувствую, что ты можешь помешать мне в будущем. Следовательно, должен тебя убить.
— Чем же я могу помешать? — смело возразил ему.
— Ты просто-напросто многого не знаешь, — рассмеялся противным смехом Абанга, — поэтому так говоришь. Дело в том, что в моём мире управляю я, а со временем и Междуречье будет моим. Я давно собираюсь завладеть этим миром, вот только мой братец этого не хочет, постоянно борется со мной. Да ничего, жить ему осталось недолго, а когда его не станет, я один буду править всем миром Васайи, а затем и Междуречьем.
— Так я не в Междуречье?
— Конечно, нет, глупец. Я силён, мне многое подвластно, могу даже видеть другие миры. Пока, по некоторым причинам, не могу контролировать Междуречье, но в скором времени всё изменится. Когда увидел тебя на болоте, решил убить. Однако ты непрост. Тогда приказал адатам притащить тебя сюда, чтобы выяснить, кто ты есть. Во мне сидит уверенность, что в будущем ты можешь помешать мне. Мне нужно подумать, как с тобой поступить. Пока посиди, поразмышляй. Если решишь, что будешь мне помогать, то, возможно, сохраню тебе жизнь.
