Оранжерея полностью

– Слишком похоже на… – Он сглатывает. – На то, кем они хотели меня видеть.

Я не спрашиваю, кто такие «они», – все и так понятно.

– Ты хочешь сбежать отсюда? Покинуть этот корабль?

Сэм долго молчит.

– Нет, не думаю, – говорит он в конце концов. – Потому что мне пришлось бы снова стать тем, кем я не хочу быть, если это имеет для тебя смысл. Кей была маскировкой, Рив, маской. Секс-куклой, эрзац-женщиной. Ни разу не настоящим человеком.

Я обнимаю его крепче.

– И тем не менее ты захотел побыть ею какое-то время.

– Ну… да. – Он приподнимает бровь. – Откуда ты знаешь?

– Слушай, как ты думаешь, почему я здесь?

Сэм делает грустное лицо.

– Твоя взяла. Значит, ты хочешь убраться отсюда?

Мы не говорим о том, остаться или уйти – это понятно. Но что он на самом деле имеет в виду…

– Я думала, что хочу, – признаюсь я, перебирая пуговицы на передке его рубашки. – Потом доктор Хант поправила мне мозги, и я поняла, что на самом деле мне нужно где-то лечиться и быть собой. В общине. В мире. – Я запускаю руку ему под рубашку, и его дыхание приобретает хрипловатый оттенок, который заставляет меня сжать бедра. – В любви. – Я делаю паузу. – Не обязательно так, как это видит Хант, заметь.

Одна его рука гладит меня по волосам, а другая…

– Не останавливайся.

– Я боюсь, Рив.

– Не ты один. – Я дышу глубоко. – Нас двое. Нас. Ох.

– Я люблю…

– …тебя.

Мы продолжаем наш разговор без слов, используя язык, который не интерпретирует ни один нечеловеческий искусственный интеллект-наблюдатель – язык прикосновений и ласк, столь же древний, сколь и человеческий вид. То, что мы говорим друг другу, очень просто. Не бойся, я люблю тебя. Мы говорим это настойчиво и решительно; тела заходятся в криках немого одобрения. И во мраке ночи, когда мы тянемся друг к другу, я осмеливаюсь признаться себе, что в конце концов все может обернуться к лучшему.

Мы не обречены на неудачу.

Так ведь?..

Мы завтракаем в нездоровой тишине. За кофе с тостами я откашливаюсь и начинаю тщательно спланированную речь:

– Сэм, мне нужно в библиотеку возле церкви. Я оставила там свои перчатки.

– Серьезно? – Он поднимает глаза. Морщины тревоги прорезали его лоб.

Я энергично киваю.

– Без них я не могу ходить в церковь, это неприлично. – Приличие – одно из ключевых слов, за которыми чутко следят наблюдатели. Вообще отсутствие перчаток не является нарушением дресс-кода – это лишь удобный повод.

– Хорошо, думаю, я пойду с тобой, – говорит он с видом осужденного, которого вот-вот выбросят без скафандра в космос. – Пора собираться, да?

– Да, я приготовлю сумочку, – говорю я.

– А я надену новый жилет. Он наверху. – На секунду мне кажется, что он собирается сказать что-то еще, что-то компрометирующее, но ему удается вовремя сдержаться. Мой желудок тошнотворно вздрагивает.

– Береги себя, дорогой.

– Да что со мной будет? – говорит Сэм с заученной иронией, встает и направляется к лестнице в нашу спальню. (Наша спальня. Больше никаких одиноких ночей.) Мое сердце будто замирает. Я убираю мусор, ставлю тарелки в посудомоечную машину, обуваюсь.

Когда Сэм спускается вниз, он одет для церкви. Под пиджаком – несколько (если не сказать совсем) неуместная жилетка со множеством кармашков, но, надеюсь, она ни у кого не вызовет паники – многие одеваются наугад. В руке у Сэма – портфель, который мы собрали еще вчера.

– Ну, пошли, что ли, – говорит он, невесело усмехаясь.

– Да, – говорю я, сверяюсь с часами и подхватываю свою огромную, плотно набитую сумку. – Пойдем.

Мы приезжаем в библиотеку около десяти часов, и я открываю нам двери. Спуск в подвал уже открыт. Я достаю сумку и спускаюсь по ступенькам – осознавая, что, если кто-то из наших оказался предателем, плохие парни поджидают внизу. Но там только Яна.

– Привет, Яна, – говорю я немного нервно.

– Привет-привет. – Она опускает пистолет. – Не бойся, это так, на всякий случай.

– Понимаю. Сэм? Давай к нам. – Я снова поворачиваюсь к Яне. – Все еще жду Грега, Мартина и Лиз.

– Хорошо. – Яна указывает на груду сероватых брикетов, сложенных на одном из стульев. – Сэм? Думаю, будет лучше, если ты их понесешь.

– Конечно. – Сэм подходит и берет кирпич. Сжимает его в руке на пробу, нюхает. – Хм, пахнет успехом. А где взрыватели?

– На диване.

Я замечаю стопку запасных обойм и беру пару. Проверяю, правильно ли они внутри укомплектованы.

– А часовые механизмы?.. – спрашиваю я.

– На подходе. – Яна машет на А-ворота. – Нужно синхронизировать наши часы.

– Хорошо. – На самом деле, не очень-то хорошо без радио и наушников, но они – последние в нашем производственном списке, так как легко могут вызвать подозрения. Их также легче саботировать, чем механические устройства из стальных деталей и химические взрывчатые вещества, и они с гораздо большей вероятностью вызовут тревогу в А-воротах, чем антикварные модели оружия. Если рации не будут работать, наша миссия положится на самые примитивные средства – механические наручные часы и заранее оговоренное время атаки.