Меня также беспокоит вопрос, что представляют собой ящики с папками в архиве документов. По моим оценкам, они содержат около миллиарда байтов, записанных на стабильном носителе в течение десятков, может, сотен гигасекунд.
Одетая по-рабочему, стою у плиты с чашкой кофе и не помню, как сюда попала. Я вздрагиваю, охваченная абстрактным безликим страхом. Неужели я оделась, спустилась вниз и приготовила кофе в какой-то интроспективной дымке, глубоко задумавшись о настоящей цели этого эксперимента? А может, со мной происходит что-то похуже? Тот факт, что я могу читать слова «Я люблю тебя», но слышу их как […], говорит о том, что что-то не так с моим речевым центром. А если у меня провалы в памяти, может, я заболела. Серьезно больна. Холодный пот покрывает мою шею, когда я понимаю, что, может статься, вот-вот
Не знать, кто ты
Я выхожу из дома, оставляя Сэма спящим наверху, и топаю на работу. Как всегда, жарко – мы, кажется, вступаем в лето по расписанию. Мне идется легко, пусть я иду в направлении, противоположном обычному маршруту. Я планирую сделать петлю и подойти к району, где находится библиотека, с задов, по другой улице, по которой обычно не хожу.
Вскоре после этого я открываю библиотеку, которая выглядит чистой и опрятной. Здесь, наверное, дежурит непись, когда ни Яны, ни меня нет – какой-нибудь внештатный уборщик. Я иду в комнатку для персонала выпить еще кофе, прежде чем появится Фиоре. Пока я таращилась на закипающий чайник, кое-кто застал меня врасплох.
– Яна! – взвизгиваю я. – Что ты здесь делаешь? Я-то думала, ты болеешь!
– Уже чувствую себя намного лучше, – объясняется она с легкой улыбкой. – Меня всю последнюю неделю сильно тошнило, беспокоила боль чуть пониже спины, но теперь она отступила и приходит реже. Вообще не болит, если не наклоняюсь и не поднимаю тяжести. Вот я и решила зайти, покуковать немного на стойке регистрации.
– Ну, пока здесь довольно спокойно. Тебе необязательно оставаться. – Тут мне в голову приходит одна мысль. – Ты же знаешь, что произошло в воскресенье?
– Да. – Черты ее лица каменеют. – Я так и чувствовала, что должно произойти что-то плохое: Эстер и Фил слишком неосмотрительно себя вели. Но чтобы
– Будешь кофе? – Я импровизирую на ходу, пытаясь придумать, как вытащить Яну отсюда, хотя бы пока я буду заниматься вещами, способными поставить на мне прочный крест, если что-то пойдет не так.
– Да, пожалуйста. – Теперь у нее такой задумчивый вид. – Мне хотелось своими руками задушить этого жирного маленького говнюка!
– К слову, о Фиоре – этим утром он должен заехать, – замечаю я, стараясь говорить как можно небрежнее, надеясь тем самым привлечь ее внимание.
– Реально? – Яна стреляет в меня глазами.
Я облизываю губы.
– Прошлой ночью произошло кое-что еще. Я… было бы очень здорово, если бы ты могла оказать мне одну услугу.
– Что за услуга? Если это связано с тем, что было в воскресенье…
– Нет. – Я делаю глубокий вдох. – Связано с женщиной из моей когорты по имени Касс. Ее муж, Майк – я и еще несколько парней наведались к нему вчера вечером, ну и, в общем… Касс пришлось отвезти в больницу. Мы следим за тем, чтобы он к ней не подходил, но сама понимаешь…
– Майк – это парень с большим носом и глазками как у бешеной зверюги?
– Похоже, да.
Яна ругается про себя.
– И что, он устроил ей плохую жизнь?
Поначалу я даже не сразу нахожусь с ответом.
– Настолько плохую, насколько вообще возможно. Если он снова ее найдет, боюсь, попросту убьет. – Я смотрю на нее. – Яна, суть в том, что Фиоре
Яна задумчиво кивает:
– Так что ты от меня хочешь?
Я выключаю чайник.
