— Позвольте в вашем лице, господин адвокат, поприветствовать всех защитников моральных принципов и женского целомудрия, — заявил следователь. — Нет, кроме шуток, поскольку господин Самохвалов постарался изобразить свою подзащитную невинной овечкой, попавшей в лапы старого развратного волка (среди публики послышались сдавленные смешки), постольку нам всем предстоит разобраться в том, насколько подобная картина соответствует действительности. А для этого нам необходимо обратиться к биографии мадемуазель Мальцевой... Итак, Мария Сергеевна родилась... из уважения к её полу, не будем уточнять, в каком году... в имении своих родителей Березники, что неподалёку от Перми. После смерти отца и по достижении семнадцати лет воспитывалась своей матушкой, к которой в то время начал свататься отставной полковник артиллерии Валерий Петрович Черепахин. Матушка госпожи Мальцевой в тот момент ещё пребывала в цветущем возрасте, поэтому весьма благосклонно принимала эти ухаживания. Дело двигалось к свадьбе, и уже был назначен день венчания, когда разразился прискорбный скандал. Неожиданно выяснилось, что помимо ухаживаний за почтенной матроной бравый полковник попутно ухитрился лишить невинности её дочь, которая, судя по всему, не имела ничего против. Вполне естественно, что все матримониальные планы расстроились. Полковник Черепахин был вынужден срочно покинуть Березники, скрываясь от праведного гнева многочисленной родни своей невесты. Что же касается её юной дочери Марии, то она была подвергнута домашнему аресту. Каким-то образом обо всём этом семейном скандале проведали журналисты, после чего в журнале «Сатирикон» был опубликован фельетон, озаглавленный, если мне не изменяет память, «Проворный Черепахин»...
В рядах публики грянул такой взрыв хохота, что Макар Александрович был вынужден замолчать, после чего удивлённо оглянулся на зал. Уразумев причину всеобщего веселья — а смеялся даже председатель суда, — Гурский слегка пожал плечами и снисходительно улыбнулся. Дождавшись восстановления спокойствия, следователь продолжил:
— Через какое-то время нашей героине, по всей видимости, удалось удрать из дома, и она оказалась в Петербурге, где явилась в редакцию вышеупомянутого журнала с просьбой о вспомоществовании. Здесь мадемуазель Мальцева познакомилась с одним из журналистов, имя которого я знаю, но без особой надобности оглашать не хочу, после чего сделалась его содержанкой. Через какое-то время они расстались, и юная мадемуазель тут же сошлась с его приятелем — небезызвестным петербургским художником. Кстати, этот художник рисовал свою возлюбленную в столь откровенном виде, что и даже не осмеливаюсь предъявить суду его рисунки. Зато среди собранных мною материалов имеются неоспоримые свидетельства того, что на протяжении последующих пяти лет наша героиня вела богемный образ жизни, меняя любовников каждые полгода, а то и чаще. Более того, у меня даже имеются показания тех из этих господ, кто в настоящее время по-прежнему живёт в Петербурге... — И Макар Александрович красноречиво потряс в воздухе той самой голубой папкой, которой его накануне снабдил Кутайсов. В ней, помимо старого номера «Сатирикона» с фельетоном «Проворный Черепахин», содержался целый ряд показаний, полученных журналистом от своих приятелей, в разное время сожительствовавших с Мальцевой.
Именно Кутайсов сумел вспомнить о том давнем фельетоне, после чего по взаимной договорённости с Макаром Александровичем предпринял собственные разыскания. «И это справедливо, — нравоучительно заметил ему следователь. — Поскольку ты бросил тень на репутацию господина учёного, постольку тебе же и надлежит восстановить истину». Сейчас, сидя в задних рядах, журналист с довольной улыбкой слушал обличительную речь Гурского.
— Итак, в заключение, — повысил голос Макар Александрович, на сей раз обращаясь к заметно сникшему адвокату и его подзащитной, — позвольте задать вам всего два вопроса. У вас, сударыня, я хотел бы узнать: чем вы занимались последние два года и как много любовников ещё сменили? Впрочем, на последний вопрос можете не отвечать Л к нам, господин адвокат, у меня вопрос иного рода: где вы видите порядочную женщину или хотя бы оскорблённую добродетель?
Столь эффектная концовка была встречена громом восторженно-весёлых рукоплесканий, так что для восстановления порядка председателю даже пришлось прибегнуть к помощи судейского колокольчика.
Да, Макар Александрович имел полное основание быть довольным собой! Дожидаясь, пока взбудораженная публика подчинится уговорам судебных приставов и успокоится, он слегка облокотился на деревянную перегородку, отделявшую ряды стульев от места для прений, и приветливо улыбнулся Ольге Рогожиной. Девушка сидела во втором ряду под руку со своим новоиспечённым женихом, демонстративно державшим на виду забинтованную ладонь.
— Мадемуазель Мальцева! — громогласно вопросил председатель. — Извольте встать и ответить: правда ли всё то, что господин следователь сообщил суду о вашей жизни?
