— Правда, к тому же, я хотел заглянуть к тебе, — признался Стенет.
Он даже не заметил цепей, что больше не приковывали руки Ричарда к кровати, зато они тянулись от одной руки к другой, как и прежде существуя лишь для того, чтобы сдержать Тьму.
— Зачем я тебе сдался, — пробормотал Ричард, пряча глаза.
Однако помощь он явно принимал, складывая руки на коленях. Вот только забинтованные руки дрожали и старались спрятать цепи в покрывало.
Стен вздохнул и посмотрел на сына.
— Артэм, мне очень надо поговорить с Ричардом наедине, ты можешь спуститься по этой лестнице, подождать меня внизу?
Артэм посмотрел на отца, затем на Ричарда и только потом на указанную лестницу. Он явно дул губы и не скрывал недовольства, однако подчинился и только у самой лестницы заявил обернувшись:
— Если бы была возможность, я бы с радостью стал тебе другом, Ричард.
После этих слов он быстро побежал по лестнице, слыша отчаянный безумный смех Ричарда.
— Почему ты смеешься? — спросил Стен, сдвинув кресло в нужном направлении.
Он не мог видеть лица подростка, однако смех оборвался и тихий голос произнес:
— С такими, как я не дружат, таких, как я боятся.
— Не говори глупостей, не все могут просто тебя понять.
— Заткнись ты, сам испугался пару минут назад.
— Так вот почему ты так реагируешь. Позволь мне объяснить.
И вместо того, что бы вести его дальше, свернул в сторону большого балкона, считая его отличным местом для беседы.
— Мои странные реакции не связаны с тобой. Надеюсь, я могу быть с тобой откровенным и говорить то, чего я не говорил другим?
Он посмотрел на удивленного Ричарда и закурил. Ответа не было, но тот взгляд черных глаз, который следил за ним, был куда откровеннее, любых слов.
— Меня измучили страшные сны, в них я вижу себя с черными глазами, это сделало меня нервозным.
— А что тебе говорил тот ты? — заинтересованно спросил Ричард.
Казалось, он ожил от этого признания и словно что-то понял или стал предполагать, но сам факт явно не удивил его.
— Он говорит, что он и есть я, но пожалуй оставим это и поговорим о другом.
— О чем же?
При этом он спрашивал так, словно ни о чем другом не могло быть интересно поговорить.
— О тебе. Я конечно не могу утверждать подобного, но мне кажется, что тебе нужна помощь.
Ричард прищурился и прикусил губу, явно напрягаясь. Та живость, открытость и даже можно сказать — беспечность, возникшие после признания тут же исчезла, словно возникшая надежда окончательно растаяла.
— Какая разница нужна она мне или нет? Давай ты просто отвезешь меня в палату и пойдешь домой.
Скрестив руки у груди, юноша показательно отвернулся.
— Ричард, почему ты так реагируешь? Я действительно хотел бы тебе помочь.
Ричард все же посмотрел на собеседника, явно о чем-то задумавшись, а после спросил:
— Ты станешь епископом сейчас или предпочтешь сбежать?
Этот вопрос для Стена был слишком внезапным. Он не мог даже представить, что эта тема могла всплыть, но для Ричарда это явно было определяющим вопросом.
— Я не знаю. Все слишком сложно.
— Если это для тебя сложно, то не берись за другое! Прежде чем идти ко мне со своей помощью, лучше помоги себе самому.
На этот раз Ричард не стал отворачиваться, а, напротив, с явным вызовом смотрел в глаза Стенета, но видя его растерянность, видимо сжалился и заговорил уже мягче:
— Ты не сможешь мне по-настоящему помочь, пока не разберешься в себе. Более того, я совершенно не хочу быть твоим способом отвлечься, так что приходи, когда решишь чего ты по-настоящему хочешь.
Больше говорить было нечего, причем этот факт был таким явным, что Стенет больше не говорил ни слова, а просто выкатил коляску с балкона и медленно покатил ее по коридору. Только в палате, он заговорил:
— Но если вдруг тебе нужна будет какая-то помощь, ты можешь попросить ее у меня.
— Хорошо, — согласился юноша и ловко пересел на кровать.
Все же в нем, что-то изменилось. Он явно перестал защищаться, искать подвоха и даже раздражаться, словно в действительности он всегда был просто другом, которого забыли, а теперь нашли. Стен хорошо видел большие черные глаза юноши, но не видел в них и тени зла.
— Иди уже, — бросил внезапно Ричард, почти смеясь.
Неловко попрощавшись, Стен поспешил к сыну. Стоит отметить, что пока мальчик был на территории ордена, он был в безопасности. Тут его никто бы не обидел и не позволил бы натворить глупостей, поэтому Стен был спокоен, однако понимал, что мальчик мог просто обидеться на долгое отсутствие отца. Артэм действительно дулся, и стоя у стены просто ждал, ничего не изучая и никуда не заглядывая.
— Меня долго не было? Извини, — сразу проговорил Стен, протягивая мальчику руку.
Будучи натурой легкой, Артэм принял эту руку. Его серьезное лицо, с чуть сведенными бровями, сразу переменилось, и он искренне ответил:
— Ты быстро, но мне очень хотелось его проводить. Он мне показался хорошим и с ним куда проще, чем с Лейном.
