Он умолк, а после вновь, резко отмахнулся.
— Все, я устал. Мне нужно отдохнуть.
Однако Стен сидел неподвижно. Ему казалось, он видел перед глазами те картины, о которых говорил Ричард, слышал голоса и шипение темных субстанций.
— Темный мир, это три человеческих сердца, забравших на себя всю чернь человечества?
Ричард только кивнул.
— И эти сердца пали под таким напором?
— Не сразу, но да. Наши души почернели, даже свет Авалара померк…
Стен встал, чувствуя горечь предательства Редегара, словно он сам таил в себе тайну темного мира.
— Ты пришел, потому что хочешь стать человеком?
— Я хотел вспомнить, зачем я сражаюсь…
С этими словами Ричард спокойно улегся в постель и закрыл глаза.
— Я вспомнил зачем и ни о чем не жалею, а сейчас мне надо отдохнуть и снова стать человеком, который верит, что тьма приходит из другого мира.
Стен поправил небрежно наброшенное на ноги покрывало и вышел, понимая, что Ричард ничего не забудет, и вряд ли захочет еще когда-нибудь говорить о Керхаре.
— Спасибо, что дал Керхару все это рассказать.
Во тьме спряталась старинная зловещая усмешка Ричарда, но он не сказал ни слова, отчетливо понимая, как у него болят кости. Он еще в бою почувствовал, что печать пришла в движение, но предпочел закрыть глаза, как и сейчас. Он все же надеялся, что к утру все пройдет, но боль пульсирующий волной распространялась, а лечение уже не помогало.
— Будем искать новый способ восстановить равновесие, — проговорил Дилан, изучая новые темные пятна на теле Ричарда.
— Больше никаких экспериментов.
Такое заявление поразило Стена, но юноша только улыбнулся, поясняя:
— Мне больше не страшно возвращаться, я только хочу знать, сколько еще смогу жить и контролировать себя.
— Лет пять, возможно, даже больше.
— Пять лет — это роскошь, вы двое увеличили мою жизнь почти вдвое и вместо того, чтобы гордиться этим, смотрите на меня с явным ужасом. Прекратите, я смогу еще порадовать этот мир своим присутствием.
Говоря это, он вызывал горечь в сердцах других, но в тоже время искренне улыбался. Вот только с тех пор в нем что-то изменилось. Он мало спал, отказывался от обезболивающих и только улыбался в моменты сильных приступов, а после долго что-то писал.
— Что ты задумал, Ричард? — взволнованно спрашивал Стен.
— Я просто оставлю тебе подарок. Ты найдешь его, когда меня не станет.
Он говорил это так легко, что в доме уже никто не пытался убедить его в необходимости бояться смерти.
— Я надеюсь, что успею увидеть тебя экзорцистом, — очень тихо сказал он Артэму однажды.
Он учил мальчика тому, что умел сам. Стен немного опасался этих знаний, но в то же время верил в сына, видя, как тот набирается сил и осваивает все новые и новые печати. Одному только не учил Ричард — открывать печати в мир тьмы.
— Ты не доверяешь мне? — спрашивал Артэм, стараясь понять сводного брата.
— Нет, что ты. Я доверяю тебе, но внутри тебя и без моих уроков таятся врата в темный мир и лучше тебе научиться никогда их не открывать.
Артэм молчал, не понимая этих слов, но чувствуя в них что-то особое, к чему стоит прислушаться.
Совсем иначе обстояли дела с Лейном. За него темный тоже взялся, но по-своему.
— Зачем ты так гневно лупишь воздух? — спросил он однажды. — Не лучше ли направить свой гнев на кого-то реального?
— На кого я его направлю, если меня почти не допускают к миссиям!? — рычал Лейн. — Я тьму вижу реже чем раз в месяц.
Ричард рассмеялся.
— Ты живешь под одной крышей с демоном и говоришь, что не видишь тьмы. Видимо у тебя проблемы со зрением.
Он этого насмешливого комментария Лейн в очередной раз потерял самообладание, начиная рычать, но тут же отвернулся, стараясь сосредоточиться на тренировке. Ему уже давно было мало роли послушника, и тесно в рамках учебных тренировок, поэтому он постоянно много тренировался в саду, даже не замечая, что старается подражать отцу. Он отрабатывал удары древних мастеров, еще не понимая, что именно из них состояли "танцы" Стенета. Он старательно пытался замедлять атаки и злился, когда у него это не выходило, а если Стен хотел помочь, то в мгновение ока взрывался бранью. С Ричардом подобное не проходило. Он только больше насмехался над Лейном, хотяв этот раз и молча подождал пока Лейн совершит несколько атак в пустоту и заговорил:
— Я не шучу. Победи меня, Лейн!
С этими словами, он внезапно раскинул руки, и темный дым заплясал вокруг него, быстро обращаясь черным пламенем. Лейн был готов поклясться, что перед ним настоящее чудовище, ему даже мерещились черные крылья за спиной Ричарда.
— Ты же хотел врага. Вот он твой враг. Так одолей же меня!
Провокация сработала, и Лейн бросился на Ричарда, словно собирается его убить. Вот только темный улыбался, а пылкий юнец ударился в черную стену и отлетел прочь.
— Даже добраться до меня не можешь? Ну ничего, ты ведь совсем еще юнец, а я же демон, так что я дам тебе еще один шанс, столько шансов, сколько тебе понадобиться, чтобы разбить свой упрямый лоб.
Не слушая Ричарда, он вновь бросился в атаку, и история повторилась, и так множество раз, пока Ричард не атаковал сам, больно ударив Лейна черной печатью.
