«Черт! Да что же это такое! Почему все так! – Железнов в три затяжки выкурил сигарету, достал новую. – Саша, а что ты хотел! Она нужна тебе вся! Вся! Без остатка! Ты не хочешь тайных встреч за спиной у Ее мужа! Ты не согласен иметь только частицу Ее, какую-то из Ее проекций. Но! Но ты хочешь всего этого только при условии, что это нужно Ей так же, как и тебе. И ты не готов! Не готов за свое счастье расплачиваться горем других людей. Это не для тебя. Уравнение счастья с пограничными условиями, а пограничными условиями, как это часто бывает в жизни, является несчастье других – близких для Нее людей: детей, мужа, родителей. И это уже не абстракция. Круг замкнулся. Решения нет. Что же делать… Даже если она решится… Нет. Этот груз эгоистичности она никогда не сможет выбросить. Она
– Это была она? – Напротив Железнова стояла Ольга.
– А… Оля, здравствуй. Ты отлично выглядишь.
– Это была Она, – констатировала Ольга.
– Наше расставание пошло тебе на пользу.
– Железнов, тут, – Ольга кивнула в сторону зала, – многие не знают, кто она, но…
– Резидент иностранной разведки.
– Что?! – У Ольги был абсолютно непонимающий взгляд. – Дурака валяешь, – констатировала она.
– Да нет… Это я так.
– Но я знаю, кто она!
– Я рад за тебя, знание – сила.
– Железнов, я не знала, что ты такой!
Железнов решил не подставляться и не проявлять любопытство: «Какой?», а молча и устало смотрел на Ольгу. Ольга повысила голос:
– Ты альфонс, Железнов!
В ответ Железнов лишь устало улыбнулся.
– Ты хочешь с ее помощью сделать карьеру?! – Железнов продолжал улыбаться. – Так вот, учти, она с тобой поматросит и забросит. Зачем ты ей нужен, она же настолько моложе тебя!
– Матрацы сейчас не в моде.
– Что? – Ольга опять попала в ступор.
– Ты сказала «поматросит»… Это от слова «матрац»?
– Железнов! Неужели ты не понимаешь…
– Хватит, Оля! – Железнов достаточно жестко пресек намечающуюся тираду Ольги. – Ты мне уже один раз сказала все, что ты думаешь обо мне. Оказалось, не все. Оля, ты можешь добавлять в мой портрет сколько угодно красок… Любого цвета. Это твое право. Я перед тобой извинился. Я сказал тебе правду. Тебе хотелось бы, чтобы я обманывал тебя?! Оля, зачем ты мне все это говоришь?
– Саша… Я хочу, чтобы ты вернулся.
– Оля, я не знаю такой дороги… Извини.
– Ты что, не понимаешь, что в конечном итоге останешься один?
Железнов внимательно посмотрел на Ольгу:
– Тогда я перестану разговаривать… Ни с кем… И стану мудрым.
– С тобой невозможно! Кстати, к тебе гости. – Ольга кивнула кому-то за спиной у Железнова и пошла к выходу.
«Что-то я сегодня какой-то «провожающий» – все уходят…»
Железнов обернулся – по направлению к нему двигался Рокотов.
«Так… Еще одно интервью».
– Здравствуйте, Александр Борисович.
– Здравствуй, Саша. Как тебе презентация твоей программы?
– Александр Борисович, давайте без экивоков, вы же не за этим подошли?
– Ты прав, Саша. Ты давно ее знаешь?
– Ольгу?
– Саша… – в голосе генерального слышалась укоризна.
– Хорошо. Александр Борисович, я надеюсь, что вы меня поймете – я ни с кем не хочу обсуждать… это. Единственное, что я могу сказать – это ни в какой степени не задевает финансовые интересы нашей компании и известного вам инвестора.
– Собственника.
– Можно и так сказать.
– Ну, хорошо, Саша. – Чувствовалось, что Рокотов подбирает слова, учитывая щепетильность момента и настроение Железнова. – Ты же понимаешь…
– Александр Борисович, я все (!) понимаю. Поверьте мне – все! Это несколько другая история, которая началась давно. Во всяком случае – задолго до того, как «Русский ресурс» стал нашим собственником! Поверьте, Александр Борисович, меня никто не пытается использовать в качестве секретного информатора… собственника.
– Я верю тебе, Саша, и понимаю тебя. – Осознавая, что разговор на данную тему Железнов продолжать не будет, генеральный резко сменил тему: – Ну, хорошо, Саша, раз уж ты здесь, скажи, вы обсуждали с развитием сети – участниц из каких регионов в первую очередь необходимо было бы привлечь к участию в игре, где мы бы хотели в первую очередь поднять интерес к программе у зрительской аудитории?
– Да, конечно, у меня есть соответствующие оценки и предложения…
Прямой эфир. Аппаратная
– Выход с рекламы – тридцать…
– Внимание всем, эфир – двадцать пять…
– Интересно, «и че за фильму седня крутють», – Андрюха перестал ерничать и начал ехидничать. – Надеюсь, не «Карнавал».
