— А вот это действительно странно. И я все думал, заметил ли хоть кто-нибудь еще, что Стивен вдруг оказался способен по своей воле использовать силу, заключенную в посохе. — Гилмор задумчиво пригладил бороду. — Стивен — очень, очень интересный молодой человек... — Он наклонился и поднял с земли нечто, оказавшееся частью передней лапы греттана. Он повертел ее, даже понюхал и заявил: — Эта рана уже начинала затягиваться. Уверен: это тот же самый зверь, что пытался напасть на нас прошлой ночью.
— То есть Малагон?
— Вряд ли. — Гилмор довольно долго молчал: он даже глаза на какое-то время прикрыл. — Нет, я и раньше не ощущал никакого присутствия Нерака, и сейчас его не ощущаю. Видимо, этот зверь страдал от боли, возможно даже умирал, а потому и напал на Стивена, гонимый бессильной яростью и голодом.
— Но где же сам Стивен?
Гилмор еще раз обошел побоище, не оставляя надежды отыскать свидетельства того, что Стивену удалось благополучно уйти, но так и не нашел ни его заплечного мешка, ни посоха. Значит, он все же ушел и унес все это с собой?
Наконец они увидели цепочку следов, ведущую через лес на восток.
— Он пошел туда, — уверенно сказал Гилмор, — идем скорей.
— Но с какой стати ему идти на восток? — Марк стоял на коленях, осторожно касаясь пальцами дорожки кровавых пятен на снегу, тянувшейся рядом со следом.
— Он бы и не пошел, — заявил Гилмор с таким видом, словно это было для него совершенно очевидно, — но его туда унесли.
Страх промелькнул на лице Марка, и он невольно нащупал рукоять боевого топора, предчувствуя новую опасность.
— Я иду за ним, — решительно сказал он.
— Марк, посмотри, какой ширины шаги у того, кто унес Стивена, — тихо заметил Гилмор. — Обычный человек так шагать не может, тем более по снегу. И тем более если он кого-то несет.
— Но что это значит? Кто же унес его отсюда?
— Не могу сказать с полной уверенностью, но совершенно твердо знаю: тебе никогда за ним не угнаться. Да еще в темноте.
— Что же нам делать? — Марк изо всех сил старался держать себя в руках.
Его лучший друг ранен, возможно, даже умирает, и какой-то неведомый великан уносит его во тьму... Или не великан? Но тогда кто или
Гилмор положил руку ему на плечо.
— Мы должны собраться все вместе, дождаться рассвета, а затем уже как можно быстрее идти по этому следу.
— Нет, я все-таки пойду вперед, — не согласился Марк. — Я пойду не слишком быстро, чтобы вы смогли догнать меня, но и не слишком медленно, чтобы попробовать нагнать того, кто несет Стивена, если они остановятся на ночлег. Если это кровь Стивена, то они же должны где-нибудь остановиться, чтобы хоть раны ему перевязать, верно?
Гилмор понимал, что Марка ему не отговорить, но последнюю попытку он все же предпринял.
— Марк, это неразумно! Нас и так мало осталось. Куда ты пойдешь один да еще в такую погоду.
— Я с этого следа не сойду, — пообещал Марк. — А если след раздвоится, то я буду следовать по тому, где рядом видны капли крови.
Гилмор кивнул.
— Это правильно. Ладно, мы постараемся как можно скорее нагнать тебя. Ты только постарайся лишний раз судьбу не испытывать, хорошо?
— Я постараюсь. — Марк вскинул на плечо мешок и, подняв повыше горящую ветку, спросил: — А нельзя сделать так, чтобы эта штука и дальше продолжала гореть?
Гилмор один раз взмахнул рукой, губы его слегка шевельнулись.
— Готово, — возвестил он и снова махнул рукой вслед нырнувшему во тьму леса Марку.
— И кто же из них Ален? — Ханна прищурилась.
В таверне было темновато. Когда они входили, Черн рывком отворил обшарпанную деревянную дверь, и навстречу им вырвалось целое облако табачного дыма.
Хойт остановился с нею рядом на верхней ступеньке лестницы, ведущей в зал, и тоже осмотрел присутствующих. Ален был из числа постоянных клиентов таверны «Миддл-Форк» и часто обедал здесь. Мощное пламя ревело в массивном каменном камине, расположенном в торцовой стене зала, и оттуда до буфетной стойки на противоположном конце протянулся целый лабиринт столов и столиков, уставленных флягами, глиняными кувшинами и стеклянными бутылками. Напротив входа виднелись два окна, выходившие на оживленную и довольно широкую улицу, ведущую через все селение на восток.
Окна эти, хоть и довольно большие, света пропускали маловато, ибо состояли из множества крошечных мутноватых стеклышек, вправленных в тесный переплет. Хойту эта таверна всегда казалась похожей на пещеру, и он подумал, что если кому захочется в горной пещере выпить, так и в горы карабкаться не надо.
— Что-то я его не вижу, — сказал он Ханне, — хотя видно тут и впрямь плоховато. Давай-ка пройдемся по залу; я уверен, что он где-то здесь.
Черн схватил Хойта за плечо и знаками стал что-то ему объяснять.
— Верно, — согласился с ним Хойт. — Если мы его не найдем, я непременно с буфетчиком поговорю. Уж он-то наверняка знает, куда Ален подевался.
