– Ладно, воскресенье – лучший день недели. Я устрою тебе настоящую экскурсию по моим любимым местам. Утром мне нужно кое-что сделать… Встретимся в час дня? И вот мой номер, чтобы мы больше не потерялись. – Она быстро пишет его на листке, вырванном из записной книжки.
Девушка-Подсолнух чмокает меня в щеку и направляется к магазину.
– Постой, – окликаю я ее, когда она открывает металлические ворота. – Я все еще не знаю твоего имени!
Она оборачивается и улыбается.
– Люси.
– Ну, это безусловно не лучший район, но будет круто, обещаю, – говорит мне Люси, когда мы встречаемся на выходе из станции метро «Порт-де-Клиньянкур». Она выглядит прекрасно в белой футболке и джинсовом комбинезоне. Мы обнимаемся, и я чувствую тонкий аромат ее цветочных духов.
Вокруг нас вывески
Мы идем по оживленной дороге мимо заправочной станции туда, где в брезентовых торговых палатках продается всякая-разная одежда. Шарфы, шляпы, толстовки, обувь. В течение тридцати секунд мне предлагают айфон, флакон духов «Диор» и пару кроссовок «Адидас».
– Куда ты меня ведешь? – спрашиваю я.
Мы проходим мимо наперсточника. Не могу поверить, что туристы все еще ведутся на эти трюки! Вокруг него топчутся несколько человек.
– Сейчас увидишь.
Люси откидывает прядь волос, упавшую на глаза. Ее волосы собраны в хвост, и пара свободных волнистых прядей танцует перед ее глазами. Пирсинг в ушах поблескивает на солнце.
– Не волнуйся, тебе понравится, – успокаивает она меня.
Как только она заканчивает фразу, мимо нас пробегает группа мужчин с большими сумками в руках; за ними мчатся четверо полицейских. Машины с визгом тормозят, пропуская бегущих. Похоже, тут продают не только поддельные сумки от Гуччи…
– Мы почти на месте.
Сворачиваем с главной дороги, удаляясь от полицейских сирен. Узкая улочка выводит нас к самому замечательному блошиному рынку. Перед нами сотни открытых гаражей, украшенных красным лишайником. Там выставлены на продажу множество товаров – от игрушечных автомобилей до ювелирных изделий, спичечных коробков, пластинок и аркадных игр.
– Сейчас большинство блошиных рынков либо ориентированы на туристов, либо сильно задирают цены, но этот – настоящий рай для барахольщика. Всегда можно найти что-то по душе. Буквально все в моей квартире – отсюда.
Она права. Здесь нет толстовок с надписью «Я люблю Париж». Похоже, местные продавцы просто вытряхнули содержимое своих карманов, собрали то, что валялось в этих гаражах, и разложили на столе: наушники, обмотанные вокруг корешков билетов, разорванные журналы. Тут есть даже одинокие туфли (на случай, если вы потеряли одну из пары). Не знаю, кому может понадобиться пустой картридж от принтера, сломанный водяной пистолет или безногая Барби, но среди игрушек из «Киндеров» и другого барахла можно отыскать настоящие сокровища.
Я покупаю пару парижских сувениров ручной работы (вручу их Джейку и Джесси в благодарность за их поддержку). Мне удается сбить цену с десяти евро до пяти, и я чувствую себя так, словно заключил сделку на несколько миллиардов фунтов.
Люси останавливается перед прилавком с фарфором и столовыми приборами, а я нахожу в соседнем ларьке несколько страниц из фотоальбома, документирующих поездку какой-то женщины в Мадрид. Тут черно-белые фотографии, на которых она улыбается на фоне достопримечательностей, корешки билетов, гостиничные бирки и рукописные заметки. Почему кто-то продает это?
– Они действительно классные, – Люси присоединяется ко мне, смотрит на коллекцию старых фотографий. – Я люблю такие вещи. Мне всегда хочется побольше узнать о жизни этих людей.
– Кем именно она была? Что делала? К кому приехала?
– Кто ее фотографировал? Был ли у них роман? Чем все кончилось? Мы должны ее найти!
– Наверное, я пока воздержусь. Я уже искал женщину и нашел ее! – Мы оба смеемся.
Мы бродим по лабиринту гаражей, останавливаясь, чтобы обсудить предметы, которые нам обоим нравятся, и рассуждая, что было бы хорошо купить домой.
Антикварная мебель здесь – мечта дизайнера интерьера.
Люси встречает харизматичный седовласый француз, которого она, по-видимому, знает, с объятиями и поцелуями. В его ларьке есть все – от кнопок до дверных ручек и табличек с номерами улиц. Я чувствую легкую зависть, наблюдая, как они смеются и шутят по-французски, и жалею, что в голове не осталось ничего из школьной программы. Они оглядываются на меня, и я улыбаюсь в ответ, не понимая, что происходит. Она протягивает ему немного денег, и в обмен он дает ей книгу, которую она быстро кладет в сумку.
– Что ты купила? – спрашиваю я, когда Люси возвращается ко мне.
