Для того чтобы надлежащим образом оценить, что культура Среднего Востока
Метафоры, которыми наполнен данный пассаж (я выделил их курсивом), взяты из разных видов человеческой деятельности – торговли, садоводства, религии, ветеринарии, истории. И тем не менее каждый раз настоящее определение связи между Средним Востоком и Западом оказывается сексуальным: как я говорил ранее при рассмотрении творчества Флобера, ассоциация между Востоком и сексом исключительно устойчива. Средний Восток сопротивляется, как всякая девственница, однако мужчина-ученый добивается успеха, взламывая, пронизывая этот гордиев узел насквозь, несмотря на то, что «процесс накладный». «Гармония» – это результат завоевания, победы над девичьей скромностью и ни в коем случае не сосуществование равных. Лежащее в основе этой ситуации отношение власти между ученым и предметом исследования, по сути, никогда не меняется: такое единообразие на руку ориенталисту. Изучение, понимание, знание, оценка, маскируемые льстивыми речами о «гармонии», – на самом деле это орудие завоевания.
Словесные операции в таких сочинениях, как работа Патаи (которая даже превзошла предыдущую его работу «Арабский ум»[1048]), нацелены на совершенно определенное сжатие и упрощение. Большая часть его материала носит антропологический характер – он описывает Средний Восток как «культурный регион», – но вот результат направлен на то, чтобы полностью уничтожить множество различий среди арабов (кем бы они на самом деле ни были) ради одного различия, а именно того самого, что отличает арабов ото всех остальных. В качестве предмета изучения и анализа их еще проще контролировать. Более того, подвергнув их такого рода упрощению, легко можно допустить, узаконить, придать значимость любой чуши, какую, например, можно встретить в тексте книги Сании Хамади[1049] «Темперамент и характер арабов». Например:
До сих пор арабы демонстрировали полную неспособность к дисциплине и единству. У них могут быть взрывы коллективного воодушевления, однако они не способны к терпеливым коллективным усилиям, которые обычно принимаются с трудом. Они обнаружили недостаток координации и согласия в организации и функционировании, не проявив никакой способности к кооперации. Им чуждо всякое коллективное действие на общее благо или ради взаимной выгоды[1050].
